Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

«Душа русского человека» в творчестве Бунина

Подкатегория: Бунин И.А.
Сайт по автору: Бунин И.А.

«Душа русского человека» в творчестве Бунина

Талант Ивана Алексеевича Бунина, огромный, бесспорный, был оценен современниками по достоинству не сразу, но с годами все более упрочивался, утверждался в сознании читающей публики. Его уподобляли «матовому серебру», язык именовали «парчовым», а беспощадный психологический анализ - «ледяной бритвой». Л. Толстой сказал о его изобразительном мастерстве: «Так написано, что и Тургенев не написал бы, а уж обо мне и говорить нечего». Он родился в помещичьей семье, в глубинной России, рос в плодородном орловском и елецком подстепье. Гордость за свою родословную, дворянский быт и культуру, специфический уклад целого социального пласта, безвозвратно смытого временем,- все это повлияло на «жизненный состав» Бунина.

Бедность, стучавшаяся в родительскую усадьбу, заставила будущего писателя, автора «Деревни», близко познакомиться с радостями и печалями простого народа. Девятнадцати лет он покинул родовое гнездо, по словам матери, «с одним крестом на груди», переменил множество профессий - корректора, библиотекаря, статистика, владельца книжной лавки...

«души русского человека». «Я не стремлюсь описывать деревню в ее пестрой и текущей повседневности. Меня занимает главным образом душа русского человека в глубоком смысле, изображение черт психики славянина». Бунин в своих произведениях не давал конкретные ответы на извечные для России вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?», а лишь пытался их найти, обращаясь к русской истории.

Темы «философии истории» и «души русских людей вообще» являются лейтмотивом его «программной» повести «Деревня». В одном из внутренних диалогов этого произведения Бунин так говорит о русском человеке: «Не хвалитесь... что вы - русские! Дикий мы народ!.. Историю почитаешь - волосы дыбом станут: брат на брата, сват на свата, сын на отца, вероломство да убийство, убийство да вероломство...» Жалея народ вообще, Бунин приходит к неутешительному итогу - в своих бедах виноват сам народ.

Незамысловатую жизнь крестьян Бунин изображает как бы-тийно значимую, таящую загадки национальной истории. В русском крестьянине и русском человеке вообще Бунина восхищали богатство натуры, талант, своеобразный артистизм, наивность, непосредственность и вместе с тем настораживали невежество сознания и стихийность чувств. Писатель с горечью отмечал смешение разнородных начал в народной жизни: недовольство обыденным и смирение с нечеловеческим существованием; мечтательность, желание подвига, высокий порыв и быстрая утомляемость, переменчивость настроения; доброта, долготерпение одних и безмерное своеволие, прихоть, беспощадный деспотизм других. А в результате - непрактичность, бесхозяйственность, крайний максимализм, неумение выбрать дело по силам, отсутствие прочных культурных традиций в быту, семье, хозяйстве.

«Чернозем-то какой! Грязь на дорогах - синяя, жирная, зелень деревьев, трав, огородов- темная, густая... Но избы - глиняные, маленькие, с навозными крышами. Возле изб - рассохшиеся водовозки. Вода в них, конечно, с головастиками... Пещерные времена, накажи Бог, пещерные!»

Нет, это не Кузьма Красов, а сам автор выносит на суд читателя противоречивые свои думы о судьбе России, о Руси как о целом. Но за современными Бунину горькими картинами жизни крестьянской России он все время видит ее глубинную, многовековую историю, за темными и искалеченными судьбами - огромные, неразбуженные силы, таящиеся в русском человеке.

Бунину приходилось слышать много упреков со стороны критиков в том, что жизнь деревни видится ему в слишком уж мрач ных тонах, что он не знает и не понимает народ и даже стремится его очернить. Бунина эти упреки раздражали. «В деревне прошла моя жизнь,- парировал он,- следовательно, я имею возможность видеть ее своими глазами на месте, а не из окна экспресса». Действительно, Бунин знал деревню так, как никто из писателей, что давало ему полное право на собственное суждение о ней.

«Деревня» ознаменовала начало нового плодотворного этапа в творчестве Бунина. В 1910-е годы из-под его пера выходят: повесть «Суходол», рассказы «Веселый двор». «Хорошая жизнь», «Захар Воробьев», «Худая трава», «Господин из Сан-Франциско» и «Сны Чанга». «В эти годы,- вспоминал писатель,- я чувствовал, как с каждым днем все более крепнет моя рука, как горячо и уверенно требуют исхода накопившиеся во мне силы». Деревенская тема продолжает занимать центральное место в творчестве Бунина и в этот период. Он словно чувствует, что в повести «Деревня» сказал еще далеко не все - внутренний мир крестьянина остался за пределами повести.

«История души» была описана Буниным достаточно ясно в повести «Суходол». Прообразом Суходола послужила родная писателю Каменка. Бунин очень живо нарисовал характеры жителей Суходола, их мир забот и страстей. «Жизнь семьи, рода, клана глубока, узловата, таинственна, зачастую страшна,- пишет Бунин. - Но темной глубиной своей да вот еще преданиями, прошлым и сильна-то она».

становится их зависимость от условий реальной действительности, тем категоричнее звучит суждение самого писателя об этих условиях. В повести «Суходол» Бунин стремился доказать, что «быт и душа русских дворян те же, что и у мужика: все различие обусловливается лишь материальным превосходством дворянского сословия».

Не сомневаясь в грядущем возрождении, писатель, однако, придавал несравненно большее значение способности народа переносить жизненные невзгоды, нежели его стремлению активно противостоять им. Таким выступает народ в рассказах «Веселый двор», «Захар Воробьев», «Худая трава», «Сверчок». Герои этих произведений: кроткая, всепрощающая Анисья, простодушный и добрый богатырь Захар Воробьев, Егор Минаев. Сверчок - являются для Бунина представителями истинной России. Он противопоставляет их миру кулаков и лавочников.

«В отношении людей мужицкого мира в дореволюционных деревенских вещах Бунина все симпатии и неподдельное сочувствие художника на стороне бедных, изнуренных безнадежной нуждой, голодом... унижениями от власть и капитал имущих. В них его особо трогают покорность судьбе, терпение и стоицизм во всех испытаниях голода и холода, нравственная чистота, вера в Бога, простодушные сожаления о прошлом. К людям, так или иначе порывающим с этим исконным крестьянским миром... Бунин беспощаден»,- писал А. Т. Твардовский.

силу, которой сам всегда страшился и которую ненавидел. Он отказался признать народ в этих людях и навсегда порвал с этим народом... Бунин провел в эмиграции тридцать три года, где не переставал заниматься литературной деятельностью, в отличие от многих других эмигрировавших русских писателей. Пережив короткий период творческой растерянности, он нашел в себе силы включиться в работу.

Трагическое сознание того, что он навсегда потерял Россию, не покидало Бунина до последних дней его жизни. Жизнь вне России поневоле поставила перед ним задачу, к выполнению которой он и без того был подготовлен всем своим предшествующим опытом. Оторванность от родины, обладание исключительно старым историческим материалом и старыми о нем представлениями стали причиной того, что произведения этого периода - «Жизнь Арсеньева», цикл «Темные аллеи» и некоторые другие - тяготеют к «прошлому, отжившему» и его вечным проблемам.

Именно в разлуке с родиной, вдали от нее, у Бунина нашлись самые нежные, самые ласковые слова о ней, которые он раньше, живя в России, стеснялся произнести вслух. Вера в Россию («Разве можем мы забыть родину? - повторял он. - Она - в душе»), очевидно, и предопределила исключительность судьбы Бунина даже среди богатой талантами русской литературы. Он не только был, но и остается одним из крупнейших русских писателей.



 
© 2000- NIV