Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Отображение трагедии войны в лирике Анны Ахматовой

Подкатегория: Ахматова А.А.
Сайт по автору: Ахматова А.А.

Отображение трагедии войны в лирике Анны Ахматовой

Выдающийся русский поэт Анна Ахматова владела тайной внутренней гармонией. В ней все было значительно - и отчеканенная, скульптурная внешность, и духовный мир. Ахматовой немало досталось в жизни: расставание, потеря близких людей, тюрьмы и лагеря, что выпали на судьбу мужа и единственного сына, клевета, болезни. Но высокая воля души помогла ей не сгибаться под любыми ветрами оскорблений и несправедливостей. Уже первая ее книга «Вечер», что вышла тиражом триста экземпляров в 1912 году, свидетельствовала о том, что в русской литературе появился новый мастер с удивительно чистым голосом, глубокая интимность которого усиливала его искреннее гражданское звучание. Ахматова чутко откликалась на те грозные события, которыми было переполнено XX столетие, - Первая мировая война, революция, суровые тридцатые, «сороковые фатальные».

В 1917 году Ахматова на руинах прошлой жизни принимает решение, которому осталась верной всю жизнь. Она разделяет со своей Родиной ее нелегкую судьбу, остается в России. Ахматова принимает все страхи и несправедливости новой жизни, упрямо неся звание русского интеллигента, охранника русской культуры, русского слова. И находит в себе силы надеяться на духовное возрождение народа. Поэтому она имела полное право написать:

Все расхищено, предано, продано,

Черной смерти мелькало крыло,

Все голодной тоскою изглодано,

Отчего же нам стало светло?

«Реквием» - духовный памятник миллионам замученных в лагерях, которые, остались без близких. Она оплакивает свой род, поколение людей, которые «ни единого удара не отклонили от себя». Свое бедствие она смогла перелить в скорбные строки поэмы:

Перед этим горем гнутся горы,

Не течет великая река,

А за ними «каторжные нормы»

И смертельная тоска.

Для кого-то нежится палач -

Мы не знаем, мы повсюду то же,

Слышим лишь ключей постылый скрежет

Когда на нашу землю пришла большая беда, война, спокойный и суровый голос Ахматовой выговорил клятву:

Мы знаем, что ныне стоит на весах

Час мужества пробил на наших часах,

(«Мужество»)

Еще гремели залпы и горели города, когда Ахматова начала по-новому осмысливать свою эпоху. В 1943-1945 годах она создает цикл «Северные элегии», в которых говорит о судьбе современников. Мудрый талант Ахматовой замечал не только эпохальные вехи истории. Нет, до конца дней она умела видеть земной и «материальный» мир вокруг себя, слышать музыку и птиц:

У меня не выяснены счеты

И ведут за утренней звездой.

(«Многое еще, наверно, хочет...»)

Голос Ахматовой до конца оставался женским, возвышенным и властным, наполненным то мучениями ревности, то светлой памятью о любви, которая пошла. Поэт, научивший женщин говорить», сумел говорить от лица всего поколения, философски осмыслить высокое таинство жизни и профессии. Не случайно в цикле «Тайны ремесла» Ахматова написала:

И, главное, скрытным. О нет!

Весь настежь распахнут поэт.

«я». И в этом - простота и величие ее лирики. До войны в Ленинграде работало 345 писателей. В осажденном городе их осталось 93. В том числе Анна Ахматова - живая легенда «серебряного века», что соединила XIX и XX века, столетие пушкинское и свое. Она не оставила своего края, «глухой и грешный» в 20-тые годы и навсегда осталась в России, где трижды арестовывали единственного сына, десятилетиями не печатали ее стихов. На трагедию войны Ахматова откликнулась уже в июле 1941-го, по-солдатски коротко и точно названная ею «Клятва»:

И, что сегодня прощается с милым,

Пусть боль свою в силу она переплавит.

Что нас покорить никто не заставит!

Строки эти - своеобразный эпиграф к поэзии Ахматовой военных лет. Они и констатация факта, и обобщение (от безымянной девушки к «мы»), и клятва, и призыв к ее выполнению. Ахматова не только написала эту клятву, а и жила согласно ей. С противогазом через плечо Ахматова несла достойную службу, как рядовой боец, противовоздушной обороны, она шила мешки для песка, которыми обкладывали траншеи-приюты в саду того же Фонтанного дома. Теперь в этом доме наследство Ахматовой.

«равнодушно гибель нес ребенку моему», забываешь о том, что у самой Ахматовой сын был уже взрослым, и беспокоилась она за чужих детей.

В стихе без названия ей «сквозь бомбежку слышится детский голосок», и хочется спасти всех:

Детоньки мои!

Голодная, больная, Ахматова была уверена в победе и вселяла эту веру у своих сограждан:

Вражье знамя

Растает, как дым,

Правда за нами,

И мы победим!

В конце сентября Анну Андреевну эвакуировали сначала в Москву, потом в Ташкент. Оттуда она выслала для печати в «Правду» «Мужество» с отчеканенными, будто бы выбитыми золотом в мраморе, строками, которые стали гимном и клятвой миллионов людей:

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет.

Сотни километров отделяли ее от родного города, но она оставалась с ленинградцами: стариками, женщинами, детьми и новобранцами, которые весьма быстро повзрослели:

Важно с девочками простились,

Во все новое нарядились,

Как в солдатики шли играть.

Ахматова посвятит им стих «Победителям»:

Вот о вас и напишут книжки:

«Жизнь свою за други своя»,

Незатейливые парнишки -

Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,

Внуки, братцы, сыновья!

«Хочу быть полезной городу» и она стала полезной и нужной ему. В отличие от многих поэтов-соотечественников, Ахматова говорила с людьми не лозунгами, а живыми человеческими словами о Родине, о войне, о любви и о цветах:

Я к розам хочу, в тот единственный сад,

Это, конечно, о Летнем саде.

«Всем смертям назло» в годы войны Ахматова продолжала работать над «Поэмой без героя», которой отдала почти треть жизни. В ноябре 1944 года она написала в предисловии к первому изданию: «Я посвящаю эту поэму памяти ее слушателей - моих друзей и сограждан, которые погибли в Ленинграде во время осады, их голос я слышу и вспоминаю, когда читаю поэму вслух...»

как и о трагедиях сталинского террора, Ахматова могла бы и говорить словами из своего не опубликованного еще, но уже написанного «Реквиема»: «туда с моим народом там, где мой народ, к несчастью, был».



 
© 2000- NIV