Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Может ли Печорин быть способен на высокое чувство

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.
Текст призведения: Герой нашего времени

«разумного» признания объективной действительности, самостоятельно следующей по своему пути. Печорин по хочет обольщаться надеждами и не обольщается ими. Не в силу предопределения и не в результате созерцания хода жизни, будто бы непременно ведущего к прогрессу, достигается совершенство, а в борьбе личности с обстоятельствами, где главной фигурой выступает свободная личность. Лермонтов последовательно проводит героя через те этапы сознания дворянского интеллигента, которые прошла индивидуалистическая личность и общественная мысль XIX века. Может быть, нравственное возрождение героя возможно через любовь дикарки или романтической «ундины»?

Вот тут со всей наглядностью выявляется противоречивость печорин-ской натуры и противоречивость самой действительности. Если натура Печорина далека от идеальности, то и сама действительность, пусть даже дикая,- предмет романтической устремленности - потеряла уже прежний идеальный характер в сознании героя. Кавказ - это ведь не только дикая природа, но и непросвещенная, нецивилизованная страна со своими обычаями и нравами. Если в романтической литературе Кавказ - идеальное жилище цельных, независимых, гордых и «естественных» людей, то в «Герое нашего времени» это наивное представление о Кавказе уже преодолено. Человек развращен повсюду, цивилизация не прошла мимо и этого благословенного края. Уже первый разговор рассказчика с Максим Максимычем вносит существенную поправку в традиционно романтическое представление о Кавказе. Рассказчик недоуменно спрашивает: «Скажите, пожалуйста, отчего это вашу тяжелую тележку четыре быка тащат шутя, а мою пустую шесть скотов едва подвигают с помощью этих осетин?» Максим Максимыч не замедлил с ответом и затем пояснил: «Ужасные плуты! А что с них возьмешь?.. Любят деньги драть с проезжающих... Избаловали мошенников: увидите, они еще с вас возьмут на водку. Уж я их знаю, меня не проведут». И действительно, вскоре осетины шумно потребовали от рассказчика на водку. Снижение романтического ореола в изображении психологии кавказских народов не вызывает сомнений. Ту же страсть к деньгам Максим Макси-мыч отмечает и у Азамата («Одно было в нем нехорошо: ужасно падок был на деньги»).

Извращенные страсти живут и под кавказским небом - и здесь брат продает сестру, чтобы удовлетворить себялюбие, и здесь убивают невинную Бэлу, чтобы отомстить обидчику. Печорин прекрасно знает пружины, движущие людьми, и он играет на страстях, уже далеких от первоначальной чистоты. Он убедился, что Азамат неравнодушен к деньгам, и учитывает особенности психологии юного себялюбца - добывает Бэлу ценой Карагёза. Всюду действует один закон с незначительными поправками на местные обычаи и нравы. Эгоистическая позиция Печорина, принятая им как принцип жизненного Поведения, помогает ему увидеть истинное лицо действительности и любого человека, с которым он сталкивается.

«естественным человеком» выступает Бэла. В ней сохранилась природная простота чувств, непосредственность любви, живое стремление к свободе, внутреннее достоинство. Но как раз несовместимость «естественного человека» с эгоистической психологией, уже проникшей в сознание людей, окружающих Бэлу, делает неизбежной ее гибель. Бэла вырвана из привычных для нее связей не только благодаря настойчивости Печорина, но и вследствие корыстных страстей, болезненно поразивших ум и чувство ее соплеменников. Столкновение естественного, природного человека с индивидуалистическими страстями знаменует неотвратимую гибель первоначальной патриархальной целостности. В повести, с одной стороны, запечатлен важный момент крушения естественного мира под могучими ударами тлетворной цивилизации.

«... любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедает, как и кокетство другой; если вы хотите, я ее еще люблю, я ей благодарен за несколько минут довольно сладких, я за нее отдам жизнь, только мне с нею скучно...» (VI, 232). Принципиально эгоистическая позиция, запятая Печориным в качестве исходного, отправного момента анализа собственных чувств и поступков, а также других людей, помогла ему прийти к этой трезвой точке зрения. Лермонтов как бы переворачивает ситуацию, возхшкшую в «Цыганах» Пушкина: естественный, а не цивилизованный человек вырывается из привычного ему мира и гибнет в чуждом ему окружении. Одновременно он дает иную ситуацию, похожую на сюжет «Цыган», но там чуть не гибнет герой («Тамань»), тогда как у Пушкина Алеко убивает Земфиру.

«Тамани» Лермонтов сюжетную ситуацию «Бэлы» повертывает иной стороной. «Бэла» и «Тамань» повести, которые просматриваются одна через другую. Мысль Лермонтова понятна - если возрождение героя невозможно от любви дикарки, вырванной из естественной среды, то, может быть, погружение самого героя в дикий, полный опасности мир «честных, контрабандистов», некое подобие того же естественного состояния, окажется спасительным для Печорина. Однако трезвость и зоркость большого художника заставляет Лермонтова не обольщаться сладкими байроническими иллюзиями. Во-первых, сам по себе романтический мир контрабандистов столь же далек от первоначальной естественности, как и дикий, непросвещенный кавказский край. В нем царят простые, грубые отношения, но и в глубине их мысль Печорина угадывает корыстный интерес.

«Долго при свете месяца мелькал белый парус между темных волн; слепой все сидел на берегу, и вот мне послышалось что-то похожее на рыдание; слепой мальчик точно плакал, и долго, долго...». Однако и слепой мальчик - не идеальный персонаж, а зараженный пороками маленький себялюбец.

Мир, в котором живут «честные контрабандисты», несовершенен и далек от первоначальной чистоты, его природа претерпела значительные изменения, и возврата к прежнему состоянию нет. Во-первых, сам герой, случайно попадающий в этот мир, чувствует в нем себя крайне неуютно. Среда контрабандистов одновременно и корыстная и естественная. В ней переплелись эгоистические интересы и простые чувства. Не случайно Тамань стоит на отшибе - это захолустный, заброшенный, скверный городишко, близкий как цивилизации, так и природе, но не настолько, чтобы влияние того или другого было преобладающим. Лицо ему придают и цивилизация и море. Люди здесь заражены эгоизмом, но они смелы, сильны, по-своему горды и отважны.

о неотвратимой гибели естественного мира. В «Бэле» простая жизнь недоступна рассказчику, в «Тамани» Печорину. В «Бэле» герой играет душами простых людей, в «Тамани» он сам становится игрушкой в их руках. Двойная задача, поставленная Лермонтовым в обеих повестях,- показать неизбежность крушения нетронутого цивилизацией мира и внутреннюю неспособность героя к очищению при соприкосновении с естественным миром,- решается на разных образах.



 
© 2000- NIV