Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

«Чехов был несравненный художник… художник жизни» (Л. Н. Толстой)

Подкатегория: Чехов А.П.
Сайт по автору: Чехов А.П.

«Чехов был несравненный художник… художник жизни» (Л. Н. Толстой)

заканчивается одна эпоха и начинается другая. Из всех литераторов нового времени Лев Толстой только в Чехове увидел серьезного соперника - автора, который делал что то безусловно новое и безусловно важное. Необходимо сказать о том, что и Чехов в свою очередь относился к Толстому не менее серьезно. Однако, с другой стороны, известно много негативных высказываний писателей друг о друге. Так, Толстой всегда порицал Чехова за отсутствие какой либо этической программы, а Чехов Толстого - за морализаторство, проповеди во многих его произведениях, этический пафос - чрезмерный, с точки зрения Чехова. Центральным моментом, таким образом, становится отношение к жизни и человеку, изображению их непростых взаимоотношений. Чехов смог совершенно по другому, чем это было в классических произведениях русской литературы до него, подойти к изображению жизни, стать художником жизни как таковой.

«железному аршину» шаблонных схем и канонических воззрений. Герой повести «Три года» Костя Кочевой самоуверенно говорит: «... Те же романы, где ах да ох, да она его полюбила, а он ее разлюбил, - такие произведения, говорю я, ничтожны и черт их побери». Однако столь пренебрежительно предложенная фабула как раз и лежит в основе этой повести, где горько «разминулись» чувства Алексея Лаптева и Юлии. «Она его полюбила», когда он, истомленный сознанием, что Юлия вышла за него лишь потому, что тяготилась жизнью с отцом, «ее разлюбил». «Ничтожная» фабула, претворенная в судьбах конкретных персонажей, неповторимо преображает «вечный» сюжет.

Наследник богатейшей купеческой семьи, Лаптев глубоко несчастен. Он и его брат - такие же рабы «дела», как и бесправные приказчики и прочие служащие их предприятия. И выхода из тягостного круга не находится, хотя объективных причин для тоски Лаптева, не сложившейся в итоге судьбы Юлии совершенно никаких нет - они оба умные и тонко чувствующие люди, вполне благополучные - и в социальном плане в том числе. Так, вместо любовной идиллии с благополучным концом формируется полная драматизма повесть. Собственно, почему? Потому что никаких внешних причин для счастья или, наоборот, несчастья Чехов не привносит в создаваемый им сюжет. Рассказ оказывается максимально приближен к реальной жизни, в которой счастье, понимание между людьми и благополучные финалы - явления крайне редкие и, по большому счету, случайные. Рассказ очень схож с жизнью, и именно поэтому Чехов не обнаруживает здесь никаких оснований для выведения какой либо морали - она слишком далека и неприменима к жизни, не подчиняющейся внешним законам, навязываемым ей со стороны.

«Душечка». Героиня простодушно вторит и даже, на первый взгляд, бездумно вторит всем высказываниям каждого своего нового избранника. Она утверждает, что нет ничего важнее и значительнее театра, будучи замужем за содержателем увеселительного заведения, где ставили спектакли. Став женой управляющего лесным складом, домоседа по характеру, она удивляется: «В театрах этих чего хорошего?» Она кажется пустой формой, которая может принять абсолютно любое содержание, которое на нее саму никак не повлияет. Однако в финале рассказа она безгранично привязана к чужому ребенку, который оказывается совсем не нужен своим собственным родителям, и во многом заменяет ему мать. Таким образом, это отнюдь не пустая форма, героиня способна на действительно глубокую и искреннюю привязанность и заботу к другому человеку - даже не родному ей.

«Учитель словесности» постепенно сменяется тоской и скукой. Мечтавший о любви доктор Старцев, не получив взаимности в своей любви к поверхностной и эгоцентричной девушке, входит во вкус накопительства, становится груб с больными, которые даже перестают быть людьми в его глазах, убивает время за карточной игрой. Во время второй встречи с бывшей возлюбленной в нем внезапно просыпается тот, другой Старцев, но возрождения не происходит: герои расходятся навсегда, а перемены, произошедшие в Старцеве, который уже превратился в Ионыча, оказываются фатальными для его личности. Но часто Чехов не торопится давать однозначную оценку своим персонажам, угадывая в них какие то иные возможности, пусть и далеко не всегда реализуемые. Так, Никитину «страстно, до тоски» захотелось какой то иной жизни.

Разительная перемена происходит в самодовольном Гурове после встречи с Анной Сергеевной («Дама с собачкой»): жизнь, казалось, уже была для него безнадежно прожитой. Кроме того, герой думал, что он знает о своей курортной знакомой, как и о любой женщине, абсолютно все. Единственное, что ему оставалось, - это безнадежная скука. Однако случайная встреча с женщиной, которую он внезапно полюбил, переворачивает и его жизнь, и его представления о ней. Повстречав Анну Сергеевну на курорте, Гуров рассматривает ее как одну из многих - она же оказывается единственной, и вместо курортного романа, на который он рассчитывал, герой встречает свою настоящую любовь.

«Скрипка Ротшильда» гробовщик Яков после смерти жены совершенно по другому начинает смотреть на прежде всецело занимавшие его материальные вопросы. И внезапно открываются простые, но ошеломляющие истины. Примечательно то, что этого прозрения также могло и не случиться - в соответствии с совершенно непредсказуемой сущностью самой жизни.

росту, но одновременно и к полной деградации. К одному только Чехов относился с непримиримой и нескрываемой враждой - к упрощенным геометрическим формулам, в которые слишком прямолинейные люди часто пытаются вписать всю жизнь и будущее, но за которыми на самом деле скрываются незрелость и абсолютное непонимание жизни. Именно поэтому Чехов смог стать настоящим художником жизни.



 
© 2000- NIV