Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Сюжетная основа поэмы Пушкина «Руслан и Людмила»

Подкатегория: Пушкин А.С.
Сайт по автору: Пушкин А.С.
Текст призведения: Руслан и Людмила

«Руслан и Людмила»

по-видимому, связано с изменением отношения Пушкина к Шаховскому уже в 1818 г.). Следует заметить, что опыты допушкинских арзамасских «русских поэм» тоже опирались на традицию волшебной оперы: характерно с этой точки зрения само название поэмы Батюшкова «Русалка»; замыслу поэмы Жуковского «Владимир» предшествовала его комическая опера «Богатырь Алеша Попович, или Старинные развалины « (1805 - 1808).

Все это объясняет, почему юный Пушкин, приступая к своей поэме, отталкивается от популярного театрального жанра. Сходство поэмы с волшебно-комической оперой не ограничивается сюжетной схемой (и отчасти характерами-масками героев: богатырь, трус, добрый волшебник, злая волшебница, чародей и пр.). С поэтикой красочного спектакля связаны насыщенность сюжета «полетами, сражениями, превращениями» и неожиданная смена картин - через «вдруг» («Вдруг Гром грянул, свет блеснул в тумане»; «По вдруг пред витязем пещера»). В черновиках поэмы сохранился и эпизод разрушения царства злого волшебника, одновременно с его поражением:

И бороду схватив другою,

Отсек ее, как клок травы!

И вмиг волшебных башен степы

Разумеется, было бы неосмотрительно прямо переносить эту оценку с жанра театрального (в котором литературная основа спектакля играла в общем-то подчиненную роль) на жанр литературный. Необходимо проследить наличие этих тенденций в самой художественной ткани поэмы. Своеобразие, особый пушкинский характер поэме придает пронизывающий ее лиризм, что в конечном счете и отличает поэму Пушкина от всех до тех пор известных в русской литературе разновидностей этого жанра. Все темы пушкинской поэмы решаются с помощью контрастов древнего («преданья старины глубокой») и современного (рассказчик-современник постоянно комментирует все события), сказочного и реального (в смысле реальности чувств), высокого и комического, интимного и иронического. Поэма Пушкина также отличается редкой для русской поэзии той поры пластичностью описаний и энергией повествования, что отчасти объясняется тем, что поэт воспроизводит нечто осязаемое, словно постоянно держит перед глазами «действительные», т. е. театральные, события. Но в то же время мы постоянно чувствуем авторскую интонацию, отражающую вольнодумные, просветительские взгляды.

Характерно, что, относя «Руслана и Людмилу» к той или иной поэтической традиции, исследователи стремятся обнаружить ее, прежде всего в лирическом строе поэмы.

Поэма начата в 1817 г., в то время, когда Пушкин преодолевает захлестнувшие было его элегические настроения, получившие отражение в «бакунинском цикле». Выше уже отмечалось, что в качестве своеобразной реакции на меланхолические (и отчасти мелодраматические) мотивы в пушкинской лирике начинает формироваться иной лирический цикл («Послания к Лиде»), в котором торжествует гедонизм, противопоставленный всему мечтательному, всему потустороннему.

Сходные реалистические тенденции прослеживаются и в повествовательном плане поэмы. Конечно, характеры ее еще условны, это в основном характеры-маски (амплуа), обычные для волшебно-комической оперы, но в то же время уже характер Людмилы обрисовывается достаточно живо. В героине поэт чувствует родственную душу той собеседницы, к которой обращена поэма и образ которой возникает в лирических отступлениях.

«Руслане и Людмиле», поэме-сказке, рисуется мир во всех отношениях гармонический. Хотя сюжет поэмы и основан на соперничестве четырех героев, хотя в конце концов торжествует главный из них, каждый из остальных тоже по-своему утешен; нашел свое идиллическое счастье мечтатель Ратмир, прощен ничтожный Фарлаф и даже гибель жестокого Рогдая смягчена сказочным мотивом:

Тех вод русалка молодая

На хладны перси прияла

На дно со смехом увлекла.

Дела давно минувших дней,

На мой взгляд, можно говорить применительно к «Руслану и Людмиле» только о нредромантических тенденциях, а не о романтизме как таковом. Причем сами по себе эти тенденции в определенном смысле были шире собственно романтического направления в литературе. Только чисто формально можно зачислить по ведомству романтизма и фантастику, и историческое предание, и элементы народности языка и стиля поэмы и т. п.

«блоки», которые станут основой лироэпического сюжета южных романтических поэм Пушкина («Кавказский пленник», «Бахчисарайский фонтан», «Цыганы»). В самом деле, каждая из них, подобно «Руслану и Людмиле», будет открываться своего рода «живой картиной», изображающей экзотическую обстановку действия.



 
© 2000- NIV