Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Успех романтических поэм Пушкина

Подкатегория: Пушкин А.С.
Сайт по автору: Пушкин А.С.

«эти поэмы читались всей грамотной Россией; они ходили в тетрадках, переписывались девушками, охотницами до стишков, учениками на школьных скамейках, укладкою от учителя, сидельцами за прилавками магазинов и лавок. И это делалось не только в столицах, но даже и в уездных захолустьях» Ч «Кавказский пленник» вызвал многочисленные подражания. Новизной содержания, свободой повествования, гибкостью и музыкальностью стиха Пушкин разрушал все привычные литературные представления, выступая подлинным новатором в литературе.

«отдают чтением Байрона». Протестующая и свободолюбивая поэзия Байрона, антифеодальная политическая направленность его романтизма импонировали настроениям и взглядам ссыльного поэта. Однако «трудно найти двух поэтов, столь противоположных по своей натуре, а, следовательно, и по пафосу своей поэзии, как Байрон и Пушкин» - указывал еще Белинский. Пессимистический пафос байронизма органически противоречил оптимистическому мировоззрению Пушкина. Характерный для Байрона скептицизм, индивидуализм и бегство от действительности окапались чужды Пушкину, всегда ощущавшему живую связь с современной ему жизнью. Для Пушкина был неприемлем Скептический, односторонний, как выразился немного позднее поэт, взгляд па мир и природу человеческую, свойственниц Байрону. Об основном различии Байрона и Пушкина правильно сказал Герцен: «Пушкин знал все страдания цивилизованного человека, но у него была вера в будущее, которой человек Запада уже лишился...» Пушкин верил в будущее человечества, в «высокий жребий» русского народа.

тенденции, существенно отличавшие поэмы Пушкина от поэм Байрона.

Поэма «Бахчисарайский фонтан» вышла с предисловием П. А. Вяземского под заглавием «Разговор между издателем и классиком с Выборгской стороны или с Васильевского острова». Предисловие Вяземского выполнило роль своеобразного манифеста русских романтиков. Вяземский суммирует все возражения против романтиков, появившиеся в критике до 1823 г. В частности, классик в разговоре с издателем указывает на странность сюжета «Бахчисарайского фонтана», превращающего, по его мнению, произведение Пушкина в «поэму о фонтане». По мнению классика, ни выбор сюжета поэмы, далекого от привычных представлений сторонников «высокого классицизма», ни композиция поэмы, полной «туманных загадок», никак не могли удовлетворить требовательного читателя. Возражая классику, издатель-романтик доказывает, что в романтических поэмах народности даже больше, чем в прославленных «Петриадах» и «Россиядах». Вяземский еще осторожен своих выводах о романтизме. Он избегает точного определения термина «романтизм», говоря, что для этого время еще не наступило. Однако он отмечает следующие особенности романтизма: свободу от всяких правил, независимость поэта и «местный колорит» произведений. «Народность, самобытность - главный признак истинной поэзии», - твердо заявляет Вяземский.

и описательной прозе, но они были лишены народности и глубокой связи с жизнью общества. Проза вообще была мало связана с русской действительностью и носила подражательный характер. Нравоучительный и историко-бытовой роман Нарежного оказался почти 1 незамеченным. Трагедии и комедии по-прежнему, как и в XV в., писались преимущественно стихами. В начале 20-х годов наиболее значительным явлением русской прозы были романтические повести А. Бестужева. Сам Бестужев был прав, указывая, что он одним из первых в русской прозе «заговорил живым русским языком», что его повести «служили дверьми в хоромы полного романа». Но, говоря о повестях Бестужева 20-х годов в сравнении с повестями Карамзина и Жуковского, Белинский справедливо усматривал в них и много общего. У Бестужева «романтическая кипучесть чувств была не более истинна, как и водяная чувствительность» «Бедной Лизы» и «Марьиной рощи»: та и другая были равно натянуты и неестественны, а народность состояла в одних именах», - писал критик. Поэтика и стилистика повестей Бестужева близки к романтической Поэме, на что указал Пушкин. Время романтизма в русской литературе - это время господства поэзии.

Между тем развитию прозы, как художественной, так и научной, публицистической, Пушкин справедливо придавал громадное значение не только с точки зрения развития литературы, но и русского общества, русской национальной культуры. Он высказывает сожаление о том, что «ученость, политика и философия еще по-русски не изъяснялись» и что «проза наша так еще мало обработана». Нимало не принижая значения поэзии, он вместе с тем борется против пренебрежительного отношения к «презренной прозе», постепенно со все большей настойчивостью привлекая к ней Внимание литературных кругов. Его интерес вызывают понести Бестужева, Вяземскому он пишет еще в 1823 г.: «Ради Христа, прозу-то не забывай, ты да Карамзин одни владеют ею».

«... ты хорошо сделал, что первый возвысил за нее голос - французская болезнь умертвила б нагну отроческую словесность». В официальном письме к издателю «Сына отечества» Пушкин отвергает нападки «Вестника Европы», отстаивавшего классицизм, на вступительную статью Вяземского к «Бахчисарайскому фонтану», благодаря критика «за прекрасный его подарок». «Разговор» прелесть, как мысли, так и блистательный образ их Выражения. Суждения неоспоримы», - пишет Пушкин самому автору статьи.

русской литературы. «... Не мешало бы нашим поэтам иметь сумму идей гораздо позначительнее, чем у них обыкновенно водится. С воспоминаниями о протекшей юности литература наша далеко вперед не продвинется», - замечает Пушкин в подготовлявшейся им в 1822 г. критической статье. Продолжая традиции передовых русских писателей XV в., Пушкин борется за идейное богатство и разнообразие содержания русской литературы. «Просвещение века требует важных предметов размышления для пищи умов, которые уже не могут довольствоваться блестящими играми воображения и гармонии...» - пишет он. Некоторых литераторов Пушкин осуждает за подражание иноземным писателям. «Пора ему иметь собственное воображение и крепостные вымыслы», - пишет он Вяземскому о Жуковском. Критически отозвался Пушкин и о романтической прозе Бестужева. Борясь за национальную самобытность русской литературы и осуждая распространенное тогда подражание французской поэзии, «робкой и жеманной», Пушкин с воодушевлением пишет: «Есть у нас свой язык, смелее! - обычаи, истории, песни, сказки...»

Все большее внимание Пушкина-художника привлекает просторечие, как важнейший элемент литературного языка. «Я не люблю видеть в первобытном нашем языке европейского жеманства и французской утонченности. Грубость и простота более ему пристали»,- пишет он Вяземскому в декабре 1823 г. Все же в своей поэзии Пушкин еще нерешительно пользуется народным просторечием. Он сам признает это: «Проповедую из внутреннего убеждения, но по привычке пишу иначе».



 
© 2000- NIV