Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Характеристическая черта гения Пушкина

Подкатегория: Пушкин А.С.
Сайт по автору: Пушкин А.С.

Характеристическая черта гения Пушкина

Впервые эта «характеристическая черта» возобладала в творчестве Пушкина в начале 1820-х гг. Сравнительно узкий круг как лицейских, так и петербургских (а отчасти и Михайловских) впечатлений сменился для ссыльного поэта ошеломляюще бескрайними просторами. Долгий путь в Екатеринослав, посещение Кавказа и Крыма, воз вращение оттуда в Кишинев, длительные поездки г Каменку, Киев, Одессу, путешествие по Молдавии - это чисто внешнее, географическое расширение круга впечатлений наполнялось особым внутренним смыслом. Живописная оригинальность южных пейзажей; этнографическая пестрота обступавших поэта нравов и обычаев; исторические воспоминания, невольно пробуждавшиеся в местах легендарных; героическая современность, с которой поэт столк нулся лицом: к лицу; мелькание новых лиц, любовные увлечения, вольные разговоры в кругу друзей - все это уже само по себе не могло не затронуть впечатлительную натуру Пушкина. Может быть, никогда в жизни - ни до, ни после этого - он не ощущал так остро чувства, свободы, чувства радостного обновления. Но это чувство было изначально отравлено: парадокс судьбы заключался в том, что свободу поэту принесла ссылка.

В стихотворении «Погасло дневное светило», самом первом из написанных на юге, в полном противоречии со своей внешней биографией поэт скажет

Искатель новых впечатлений,

Я вас бежал, отечески края

В черновом послании к «Зеленой лампе», более биографически точном, поэт признается:

В изгнанье скучном, каждый час,

Я к вам лечу воспоминаньем.

Но в послании «Чедаеву» мы встретим противоположную оценку:

Оставя шумный круг безумцев молодых,

лирику входит в качестве основного антологический жанр, воспевающий гармоническое единение человека с природой.

добровольно ушедший из общества себе подобных или же отвергнутый ими, и лики героя различны; Овидий, Кара-Георгий, Наполеон («изгнанник вселенной»), Байрон, Кирджали, Вадим, Сатана («изгнанник безнадежный»), кавказский пленник, разбойник.

запретов. Но тем самым характер героя в большей степени, чем у Байрона, если пока и не объяснен, то во всяком случае предопределен общественным воспитанием, современной действительностью. А главное - сочувственное внимание автора «Кавказского пленника» в поисках идеала перемещается на изображение жизни гордых «сынов Кавказа», сохранивших уклад дружной семьи, не знающих гибельного разобщения и ревниво охраняющих свою дикую вольность. Первоначально поэма и называлась «Кавказ» и открывалась описанием исполненного огненной отваги всадника-горца, в котором восхищенный взор поэта угадывал единение естественного человека с природой. Однако в ходе работы над произведением его героиней стала «дева гор», которая, полюбив «европейца», заражается его тоской, трактуемой как закономерный симптом одряхлевшего мира цивилизации. В последней исповеди Черкешенки:

Она исчезла, жизни сладость;

Я знала всё, я знала радость,

Но всё прошло, пропал и след

«младенческому народу» элегическое уныние. Обретя свою личную судьбу, отличную от обычаев вольного племени, героиня неизбежно должна погибнуть. Поэтому эпилог поэмы, смущавший многих критиков и казавшийся инородным дополнением к романтическому происшествию, принципиально важен: в нем, по мысли Пушкина-романтика, запечатлено будущее вольного Кавказа, уже соприкоснувшегося с цивилизацией и тем самым обреченного на гибель. Позднее Пушкин отчетливо выразит ту же мысль в стихотворении «К морю»:

Судьба людей повсюду та же:

В духе романтических представлений история подвергалась этическому суду и развенчивалась просветительская идея адекватности исторического прогресса и человеческого счастья.

Впрочем, время южной ссылки Пушкина совпало с рядом исторических событий, которые на первом этапе внушали надежду на достижимость идеалов свободы и вольности. Героика современной истории получила отражение в лирике Пушкина 1820-х гг. («Эллеферия, пред тобой», «Война», «Кинжал»). Естественным было и стремление Пушкина обратиться к героическим темам русской истории, что определило замыслы поэм «Мстислав» и «Вадим», - последний из этих замыслов приобрел и драматургическую форму. Судя по известному нам драматургическому замыслу «Вадим» (план и первая сцена), конфликт защитника старинной новгородской вольности с самовластным варягом Рюриком Пушкин предполагал развить по законам классицистической трагедии - с характерным для нее вниманием к вольнолюбивому «гласу народа», не умолкающему в новых поколениях:

Вадим, надежда есть, парод нетерпеливый,

Досадуя, влачит позорный свой ярем;

Как иноземный гость, неведомый никем,

Являлся я в домах, на стогнах и на вече.

Вражду к правительству я зрел на каждой встрече

Этот призыв Рогдая, сподвижника героя, сохраняя некоторые внешние черты национально-исторического колорита, по своему пафосу обращен к современникам поэта, призван пробудить в них вольнолюбивые помыслы. Однако дальше первой сцены данный замысел так и не был развит. К героическим темам русской истории пушкинскую музу настойчиво призывала декабристская критика, к которой Пушкин был по-своему чуток. Но в то же время декабристская литературная программа была уже архаичной для Пушкина, ибо она была в сущности программой просветительского классицизма, в исторических событиях прошлого видевшего прямую аналогию современности, ценившего в литературных произведениях политическую аллюзионность, считавшего задачей литературы прямую пропаганду свободолюбивых идей, видевшего в ней прежде всего средство воспитания гражданских идеалов.



 
© 2000- NIV