Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Набоков-поэт

Подкатегория: Набоков В.В.
Сайт по автору: Набоков В.В.
Текст призведения: Машенька

Набоков-поэт

Ив. Толстой

В начале рассуждений о Набокове-поэте сразу надо оговорить, что поэзия его это часть целой творческой гармонии писателя. Стихи его разбросаны по романам и повестям. В таком приеме есть даже некоторая оригинальность: обычно прозаики приводят чужие стихотворные строки в своих книгах. Приведу стихотворение из романа Дар:

Люби лишь то, что редкостно и мимо,

Что крадется окраинами сна,

Как родине, будь вымыслу верна.

О, поклянись, что веришь в небылицу,

Что будешь только вымыслу верна,

Что не запрешь души своей в темницу,

Не скажешь, руку протянув: стена.

В материи стиха, в его поэтическом веществе я чувствую пушкинско-блоковские обозначения тайны и свободы искусства. Вспомним у Пушкина: Над вымыслом слезами обольюсь... и Блока: Вхожу я в темные храмы...

Стихи Набокова в его эпических произведениях помогают ему скрепить его же прозу, как бы подтвердить верность идеи, потому что принято разуметь поэзию гласом Божьим. Но мне все же кажется, что это процесс более сложный, даже метафизический. Автор из своих неясных, смутных видений выращивает и оформляет самостоятельный мир. Потом начинается игра в этот мир.

Приветствую тебя, мой неизбежный день.

Всхожу, исполненный блаженства и боязни.

Благоговею, вспоминаю,

Творю и этот свет на вашу слепоту

Я никогда не променяю!

И дальше, хронологически:

Страна стихов, где боги справедливы (1924);

Мир для слепцов необъясним.

Но зрячим все понятно в мире,

и не одна звезда в эфире,

Воздушный остров (1929).

Из этой хронологически выстроенной подборки названий и стихотворных цитат Набокова видно, что он последовательно развивал свою идею человека особенного типа, способного материализовать свои мечты. Автор также прямо утверждает, что это дано лишь избранным людям (так и хочется вместо людям сказать существам, настолько у Набокова стирается грань между образом человека в человеком-нечто). Навряд ли данные художественные приемы являются продолжением традиции русской классической поэзии, например Державина. В классике нашей все-таки в иные миры улетала всегда душа человеческая, узнаваемая. Рискну предположить, что Набоков уже находился под влиянием западной культуры, в которой нарождался тип сверхчеловека, правда, в чисто внешних проявлениях. Но русскому талантливому писателю не составляет труда вдохнуть в любую схему животворящий дух. Оговорюсь: это сугубо мое мнение.

По явно просматривающимся вехам его творчества мне видно, что его проза являлась вдохновительницей его поэзии. В начале тридцатых годов Набоков пишет роман Подвиг, в котором фигурирует придуманная им страна Зоорландия (говорят, в древности о ней упоминали норманны), собственно говоря это своего рода образ России, потерянной во времени и пространстве. Постепенно Набоков в свой поэтический венок начинает вплетать тему возвращения в Россию-Зоорландию. Обстановке абсолютного тоталитаризма герой противостоять не собирается. Лишь один трогательный романтизм, с которым он беспаспортной тенью пробирается отстаивать от дикарей свои игрушки: Бывают ночи: только лягу, в Россию поплывет кровать; и вот меня ведут к оврагу, ведут к оврагу убивать.

Во время работы над романом Подвиг написано и стихотворение Ульдаборг с подзаголовком Перевод с зоорландского:

Смех и музыка изгнаны. Страшен

Ульдаборг, этот город немой.

и дворец обернулся тюрьмой:

там великий бильярдный игрок.

Нет прикрас никаких у решетки.

О, хотя бы железный цветок.

Как на площади, пачкая снег,

их Торвальта силач-дровосек.

Но последний давно удавился,

и в Германию переселился

в опаленных лохмотьях скрипач...

Из приведенного отрывка ясно, что мимо его Зоорландии пройти нельзя и что она гармонична с автором. Но с некоторого времени тема Иная страна, иные берега стала обычным, блестяще отработанным приемом Набокова, с помощью которого он раскрывал жизнь своих поэтических и прозаических героев. Поэт Ходасевич писал о Набокове: Одна из главных задач его именно показать, как живут и работают приемы.

Можно еще долго рассуждать о поэзии Набокова, но придешь все равно к выводу, что его поэзия не может существовать вне его прозы, а самое главное в творчестве Набокова это его внутренняя драма. Россию русскому человеку не может заменить никакая придуманная или даже настоящая Зоорландия.



 
© 2000- NIV