Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Сюжет, образы, проблематика одной из поэмы Маяковского ("Про это")

Подкатегория: Маяковский В.В.

Сюжет, образы, проблематика одной из поэмы.

Работая над поэмой "Про это", Маяковский обрек себя на домашнее заточение, чтобы наедине обдумать и осмыслить то, как должен жить новый человек, каковы должны быть его мораль, быт, любовь в послереволюционных условиях. Маяковский так и определил основную тему поэмы: "По личным мотивам об общем быте".

и хочу кружиться опять.

проблемы, решаемые в нем, уже ставились, уже намечались пути решения. Произведение сложное, не для легкого чтения. Современники даже не поняли и не приняли эту поэму.

Поэма "Про это" состоит из пролога и двух частей. Первая часть "Баллада Редингской тюрьмы" делится на 11 главок, а вторая, "Ночь под Рождество", — на 23. Вступление отвечает на вопрос "Про что — про это?" и определяет тему. Заключение "Прошение на имя...", как и пролог, названо полушутливо. Если в основной части выделяется лирический герой, то во вступлении и заключении он сливается с самим автором. Особенностью поэмы является то, что все описанное происходит не на самом деле, а в сознании лирического героя, и проходит как смена образных ассоциаций. Отсюда необычная гротескность и фантастичность, крутые повороты судьбы и экстремальность событий.

разлучен с любимой и чувствует себя в своей комнате как в тюрьме. Телефон для него — соломинка для утопающего. Он узнает, что она больна, и "страшнее пуль" то, что с ним не хотят говорить.

Чувство "скребущейся ревности" превращает героя в медведя. Но "медведь" страдает, плачет. Слезы — вода. Эта ассоциация разрастается в образ реки. Начинается любовный бред-галлюцинация. Он на "льдине-подушке" плывет по Неве в прошлое и узнает себя в "человеке из-за семи лет", тоже отвергнутом любимой. Со страниц поэмы раздается крик о помощи: "Спасите! Там на мосту, на Неве, человек!"

Герой плывет дальше, и под ним "остров растет подушечный". Остров разрастается в сушу, и вот он уже в Москве в том же облике медведя. Он обращается ко всем встречным с мольбой помочь тому человеку на мосту. Никто его не понимает. Он с ужасом убеждается в том что и в нем самом, а не только в окружающих, не выкорчеваны пережитки прошлого. А в это время "человек из-за семи лет" сам "прошагал" к герою поэмы и заявляет ему, что он готов один мучиться за всех, чья любовь опошлена мещанским бытом. В полубреду-полусне герой видит себя на колокольне Ивана Великого, и снизу против него "идут дуэлянты". "Ты враг наш столетний. Один уж такой попался — гусар!" — издеваются над героем-поэтом обнаглевшие мещане, сравнивая его с Лермонтовым. Они расстреливают его "с сотни шагов, с десяти, с двух в упор — за зарядом заряд...".

Страшен сон, но жив поэт-герой. Сущность его борьбы и возрождения в том, что "на Кремле поэтовы клочья сияли по ветру красным флажком". Герой-победитель плывет на борту созвездия Большой Медведицы, горланя "стихи мирозданию в шум". Ковчег пристает к окну его комнаты, откуда началось фантастическое путешествие. Герой сливается теперь с самим поэтом, раскрывает смысл всего происшедшего в заключительной "резолюции", или "Прошении на имя...".

— это борьба с мещанством. К раскрытию темы В. Маяковский приступает с присущей только ему особенностью, с огромной энергией нагнетая давление:

Эта тема придет, вовек не износится,

Только скажет: " Отныне гляди на меня!" —

красношелкий огонь над землей знаменя.

Тема же первой главы актуальна и сегодня. В эпизоде разговора по телефону герой не хочет признаться себе в том, что любимая отвергла его, что он не признает право женщины на свободу чувства. Вот такая дилемма: вопрос об исключительности высокой сущности любви и о ревности как низменном чувстве собственника, бывшем издавна чувством и правом мужчины. Но поэт ставил проблему любви с прицелом на "коммуну столетия". И потому просит в эпилоге химика XXX века воскресить его, чтобы он долюбил свое на земле коммунизма.

Нет, это не грезы о несбыточном. Это наметка реального будущего, которая обосновывает его веру в настоящее, дает ориентиры в светлое будущее в настоящем. И это важнее. Не откладывая все до XXX века, поэт в конце концов приходит к позитивному решению и, как бы продолжая поэму "Про это", в "Письме товарищу Кострову из Парижа о сущности любви" пишет:

Любить — это с простынь, бессонницей рваных,

срываться. ревнуя к Копернику, его,

В системе образов поэмы "Про это" основное место занимает лирический герой, его отношения и связи с другими людьми. Напряженность конфликта выражается в том, что героя окружают грубость, насилие, грязные слова. Самым близким людям его устремления непонятны. Все, кто его окружает, любовь "заменяют чаем, штопкой носков". Это заставляет героя переступить даже через свою семью. И вот последняя надежда: сквозь ненавистный мир мещанства поэт пробирается к любимой.

Теперь лишь ты могла б спасти.

Быком на бойне под удар

Башку мою нагнул.

Сборю себя, пойду туда.

— и шагну.

Но... ее окружает тот же враждебный сброд. И герою приходится переступить даже через собственную любовь. Самым трудным, однако, оказывается не это. Самое трудное для лирического героя — это перестройка сознания. В нем сильны попытки уклониться от борьбы за новое в семье и любви, консерватизм и инерция старого мышления, когда ситуация требует нового подхода к жизни. Мысль о капитуляции отвергается, так как герой не может свою любовь заменить на штопку носков, не может в себе убить человека. Потому что любовь невозможна в мире торгашей, как невозможны в нем красота и добро.

Поэтому и следует сказать, что поэма "Про это" отражает важнейший, переломный момент в становлении нового человека. У героя возникает потребность "душу седую из себя вытрясти". Перед ним вдруг открывается, что эта сверхсложная задача может быть разрешена в далекой исторической перспективе, в смене ряда человеческих поколений. Поэт, на собственном горьком опыте познает, как сложен и мучителен путь нравственного самоочищения...



 
© 2000- NIV