Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Пьеса Маяковского «Баня»

Подкатегория: Маяковский В.В.

«Баня»

«Баня». Ее можно сегодня выводить на главное направление перестройки - на борьбу с бюрократизмом. Обратим внимание на фамилию и титул главного персонажа «Бани»: «Товарищ Победоносиков - главный начальник по управлению согласованием, Главначпупс». Название главка нелепо. Нелепое учреждение возглавляет человек с говорящей фамилией. В пьесе находим сочетание драмы, трагедии и фарса, кстати говоря, тот же мисте-риально-буффонадный симбиоз, что и в драматургии М. Булгакова, хотя в литературе 20-х годов они выступают как непримиримые оппоненты. Но ведь крайности часто сходятся... Итак, Победоносиков, надутый от фанаберии чиновник, который между телефонными звонками и перелистыванием казенных бумаг диктует машинистке «одну общую руководящую статью», такую же бессмысленную, как и название учреждения, которым он руководит.

«Бани» как «драмы в шести действиях с цирком и фейерверком». Цирк и фейерверк, может быть, в угоду Мейерхольду, который ставил и эту пьесу. Драма. построена на конфликте между изобретателем Чудаковым, легким кавалеристом Велосипедкиным, рабочими, сочувствующими и помогающими изобретателю - с одной стороны, Победоносиковым и его помощником Оптимистенко - с другой. И несмотря на то что в ходе действия возникают очень смешные и глупые положения, отрицательные персонажи саморазоблачаются в репликах, поступках, жестах,- по сути пьеса остается драмой. Драматизм ее - в борьбе с бюрократией, которая умеет приспосабливаться, вооружена демагогической риторикой, представляет собой организованную силу.

«политическую идею» пьесы, Маяковский говорил, что это «борьба с узостью, с делячеством, с бюрократизмом - за героизм, за темп, за социалистические перспективы». «Социалистические перспективы» Маяковский подкрепил в пьесе группой рабочих. Однако Чудаков и его друзья изображены более схематично, чем Победоносиков и Оптимистенко. Энергия, напор и «героизм», о котором говорит Маяковский,- все это характерно для действий Чудакова и Велосипедкина, Фоскина с Двойкиным и Тройкиным. Им не хватает каких-то живых, может быть, бытовых черточек, чтобы внести дополнительную эмоциональность в конфликт с Победоносиковым и Оптимистенко. Те же показаны в щедрых сатирических красках, в ореоле победительного (Победоносиков) канцелярско-бюрократического величия. В образе Победоносикова Маяковский сконцентрировал многие уродливые наслоения казенного, аппаратно-управленче-ского свойства, уже в очень заметной степени исказившие к тому времени демократическую систему народовластия и управления сверху донизу.

«длинный, во всю стену, ряд просителей». У двери - верный страж Оптимистенко, секретарь, который готов - и умеет это делать - запутать в казуистике любого просителя. Он, конечно, не допустит к Победоносикову людей беспокойных, неудобных - это цепной пес, который служит хозяину до тех пор, пока тот в силе, а в случае падения обойдется с ним так же, как с нынешними просителями. «Он гладкий и полированный, как дачный шар,- оказал про него Велосипедкин. - На его зеркальной чистоте только начальство отражается, и то вверх ногами».

управления и народовластия. В 1927 году он завершил поэму «Хорошо!» бравурным гимном в честь успехов советского десятилетия, а в пьесе «Баня», хотя и мимолетно, в устах демагога Ивана Ивановича звучит отнюдь не нейтральная фраза: «Я показываю наши достижения, как любит говорить Алексей Максимыч». Эта ироническая стрела - в адрес Горького, инициатора издания журнала «Наши достижения». Но тут обращает на себя внимание еще одна фраза, вернее, пословица, повторенная в пьесе не однажды. Тот же Иван Иванович, разглагольствуя о наших достижениях, говорит: «Конечно, кризис нашего роста, маленькие недостатки механизма, лес рубят - щепки летят...»

«Щепки» уже летели. Старая русская пословица, не скрывавшая в себе ничего злодейского, становилась оправданием величайшего беззакония. Нет достаточных оснований утверждать, что Маяковский в полной мере осознавал ее опасность. Наверняка появилась эта пословица в пьесе не случайно: интуиция подсказала ему, что, прикрытая демагогией насчет интересов народных масс, она таит в себе зловещий смысл. Не зря же так настойчиво повторяется записными демагогами типа Ивана Ивановича.

«Бане», вольно или невольно, а скорее все-таки вольно, т. е. - по совести, хотя и без прямого указания на человеческие жертвы, сатирически интерпретировал получавший хождение афоризм, который вскоре послужит одним из объяснений самых чудовищных злодеяний - массовых репрессий.



 
© 2000- NIV