Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Ранняя лирика В. В. Маяковского (вариант 2)

Подкатегория: Маяковский В.В.

Маяковский вошел в литературу стремительно, его произведения сразу привлекли к себе внимание читателей своим необычным взглядом на привычные вещи, новизной образов, экспрессивностью, максимализмом.

страдания человека с ранимой душой, одинокого во враждебном ему мире.

«А вы могли бы?» поэт громко заявляет о себе: «Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана...» Он отстаивает право на свое, новое видение действительности: «На чешуе жестяной рыбы прочел я зовы новых губ». Обращаясь к людям искусства, к своим собратьям по перу, Маяковский ставит их в тупик, задорно вопрошая: «А вы ноктюрн сыграть могли бы // на флейте водосточных труб?!

Раскрасить не кисточкой, а «плеснувши краску из стакана», сильно, смело, размашисто. И Маяковскому это было под силу. Андрей Платонов писал о нем: «Большой... музыкант при нужде сыграет пальцами на полене, и все же его мелодия может быть расслышана и понята».

«Нате!» он рисует портрет отвратительной, жестокой, тупой, равнодушной к искусству толпы, представляя ее «стоглавой вошью». Люди, не понимающие тонкой души поэта, стремятся «... на бабочку поэтиного сердца // взгромоздиться, фязные, в калошах и без калош».

Но лирический герой не собирается терпеть издевательств толпы. Он способен на резкий, открытый протест: «А если сегодня мне, грубому гунну, кривляться перед вами не захочется - и вот // я захохочу и радостно плюну, //плюну в лицо вам, //я - бесценных слов транжир и мот». Таким образом, тема поэта и толпы, традиционная для русской поэзии, получает в творчестве Маяковского необычный ракурс.

Но за внешней резкостью, порой грубостью поэт скрывает свою ранимую душу. В стихотворении «Послушайте!» лирический герой одинок и беззащитен в огромном мире. Его душа раскрыта для восприятия красоты мира. Он стремится к свету, к чистым, искренним человеческим чувствам.

Звездное небо - привычная, будничная картина для каждого, живущего на земле. Но в стихотворении Маяковский подходит к этому с необычной точки зрения. Оказывается, звезды не сами загораются на небе, их «зажигают», потому что «это кому-нибудь нужно». Перед нами предстает фантастическая картина: проситель, который « врывается к богу, // боится, что опоздал, // плачет, целует ему жилистую руку...»

«над крышами» совершает человек, поэт. Он избавляет «кого-то» от «беззвездной муки», дарит надежду.

Стремление любить и быть любимым пронизывает стихотворение, посвященное Лилии Брик. Тема любви также приобретает у Маяковского особое звучание. В стихотворении «Лиличка!» поэт передает страдания любящего человека, для которого весь мир, вся жизнь сосредоточена в его возлюбленной. Вернее, его любовь, благодаря гиперболам, принимает вселенские масштабы. И все же лирический герой, предчувствуя, что расставание неизбежно, просит: «давай простимся сейчас». Нет, любовь не умерла. Но слишком много невыносимых мучений несет она человеку, и нет больше сил продлевать эту муку. При этом он ни в чем не обвиняет возлюбленную. Последняя его просьба звучит необыкновенно трогательно: «Дай хоть последнею нежностью выстелить твой уходящий шаг».

В этом же стихотворении есть удивительные строки: «Если б так поэта измучила, // он // любимую на деньги б и славу выменял,// а мне ни один не радостен звон, //кроме звона твоего любимого имени». Стихотворение явно автобиографическое. Очевидно, Маяковский хотел подчеркнуть, что главная его ипостась - это любящий и страдающий человек.

сравнения, он смело экспериментирует, создает новые слова, необходимые для создания того или иного образа. В стихотворении «Военно-морская любовь» мы находим сразу несколько неологизмов: «миноносица», «миноносочка», «миноносина», «семейство миноносино». И грозные военные суда представляются читателю мирным семейством, счастье которого разрушено войной. Неживые предметы становятся чрезвычайно похожи на людей. Там, где обыкновенный человек увидит лишь неодушевленный предмет, поэт чувствует жизнь, душу, сопереживает своим героям. Так, в стихотворении «Скрипка и немножко нервно» «скрипка издергалась, упрашивая, // и вдруг разревелась //так по-детски...»

«плевочки» и в то же время «жемчужины», поэт- «грубый гунн», но с «бабочкой поэтиного сердца».

Необычную интерпретацию получают в лирике Маяковского и великие исторические события, свидетелем которых ему довелось стать. Города, страны, вселенная - все представляется одушевленным, все участвует в происходящем. В стихотворении «Мама и убитый немцами вечер», посвященном событиям Первой мировой войны, «израненный ветер» «распластался, бедный, на шее Варшавы», «звезды в платочках из синего ситца визжали», а Ковна «пальцы улиц ломала». Далекое становится близким, а земные события принимают вселенские масштабы.

И самого себя поэт ощущал необыкновенной, крупной личностью, возвышающейся над толпой. В стихотворении «Себе любимому...» он прибегает к гиперболе: «Если б был я маленький, как Великий океан», «О, если б я был тихий, как гром», «О, если б был я тусклый, как солнце». Лирический герой в этом стихотворении - гигант, человек одинокий, ищущий свое место в мире, который мал для него: Какими «Голиафами я зачат - //такой большой // и такой ненужный?»



 
© 2000- NIV