Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Контраст, как общий принцип романтической поэтики у Лермонтова (баллада «Тамара»)

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.

Контраст, как общий принцип романтической поэтики у Лермонтова

В балладе «Тамара» (1841) обычная для Лермонтова тема видимости и сущности («Прекрасна как ангел небесный, Как демон коварна и зла») получает всестороннюю и многообразную трактовку. Как помним, звуки для Лермонтова всегда выступали символом чего-то идеального, небесного, затаенно-мечтательного и прекрасного. Но здесь самый голос Тамары, по видимости, но внешнему выражению гармонирующий с ее красотой, становится губительным и выражающим ее демоническую, коварную и злую душу. Обозначенный во второй строфе контраст расширяется до всеобщих пределов. Кольцевая композиция подтверждает безусловный характер контраста, первые четыре строфы в новом виде воскресают в последних четырех:

В глубокой теснине Дарьяла,

Старинная башня стояла,

Чернея на черной скале.

В той башне высокой и тесной

Царица Тамара жила:

Прекрасна как ангел небесный,

Но только что утра сиянье

Кидало свой луч по горам,

Мгновенно и мрак и молчанье

Опять вонарялися там.

Дарьяла Гремя нарушал тишину;

Волна на волну набегала,

Блистал огонек золотой,

Кидался он путнику в очи,

Манил он на отдых ночной.

И слышался голос Тамары:

Была непонятная власть.

Спешили они унести;

Звучало оттуда: прости.

И было так нежно прощанье,

Так сладко тот голос звучал,

Как будто восторги свиданья

И ласки любви обещал.

«весь был желанье и страсть», но обещанная любовь оборачивается похоронной тризной, а гибель человека вызывает новые порыви любовной страсти. Здесь не столько перелив или переход одного чувства в другое, сколько постоянство конфликтов, непременная и необъяснимая извращенность чувств, находящихся в непримиримом боренье. Но за этими видимыми конфликтами есть и другие. Страшное содержание конфликтует с пленительной, чарующей звукописью, нарочитой мелодичностью, «музыкальностью» интонационно-стихового строя. Постоянные повторы как бы передают волшебную магию звуков «сладкого голоса» Тамары:

Старинная башня стояла,

Чернея на черной скале...

Сплетались горячие руки,

Сошлися на свадьбу ночную,

На тризну больших похорон...

Волна на волну набегала,

Волна погоняла волну...

-И было так нежно прощанье,

Так сладко тот голос звучал...

«Прекрасна как ангел небесный, Как демон коварна и зла» контрастируют с содержанием, что подчеркнуто антитезой, но одновременно музыкально соединены; вторая строка синтаксически параллельно путем повторенного сравнения связана с предыдущей. Единство противоречивых принципов, их неразъемность и непримиримость проникает в поэтическую ткань. Сюжетная, повествовательная основа и лирический поток находятся и явном противоречии. «Музыкальность», предстающая в параллелизмах, повторениях, нарочитой «сладкой» нвукописи, дисгармонирует с реальным чувством. Любовь таит смерть, а преступник взывает к любви. Все перевернулось, везде видна изнанка идеальных мечтаний, но мир полон этих противоречий, и его теперешнее состояние - глубокий внутренний разлад, пронизывающий его сверху донизу. Добро не существует вне зла, а зло принимает форму добра. И опять-таки как контраст к этому закону мирового бытия выступает лирическое переживание поэта.



 
© 2000- NIV