Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Контраст, как общий принцип романтической поэтики у Лермонтова (баллада «Тамара»)

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.

Контраст, как общий принцип романтической поэтики у Лермонтова

В балладе «Тамара» (1841) обычная для Лермонтова тема видимости и сущности («Прекрасна как ангел небесный, Как демон коварна и зла») получает всестороннюю и многообразную трактовку. Как помним, звуки для Лермонтова всегда выступали символом чего-то идеального, небесного, затаенно-мечтательного и прекрасного. Но здесь самый голос Тамары, по видимости, но внешнему выражению гармонирующий с ее красотой, становится губительным и выражающим ее демоническую, коварную и злую душу. Обозначенный во второй строфе контраст расширяется до всеобщих пределов. Кольцевая композиция подтверждает безусловный характер контраста, первые четыре строфы в новом виде воскресают в последних четырех:

В глубокой теснине Дарьяла,

В той башне высокой и тесной

Царица Тамара жила:

Прекрасна как ангел небесный,

Но только что утра сиянье

Мгновенно и мрак и молчанье

Опять вонарялися там.

Лишь Терек в теснине

Волна на волну набегала,

Блистал огонек золотой,

Кидался он путнику в очи,

Манил он на отдых ночной.

Он весь был желанье и страсть,

В нем были всесильные чары,

Была непонятная власть.

Звучало оттуда: прости.

И было так нежно прощанье,

Так сладко тот голос звучал,

Как будто восторги свиданья

Контрасты рассыпаны Лермонтовым всюду; голос Тамары «весь был желанье и страсть», но обещанная любовь оборачивается похоронной тризной, а гибель человека вызывает новые порыви любовной страсти. Здесь не столько перелив или переход одного чувства в другое, сколько постоянство конфликтов, непременная и необъяснимая извращенность чувств, находящихся в непримиримом боренье. Но за этими видимыми конфликтами есть и другие. Страшное содержание конфликтует с пленительной, чарующей звукописью, нарочитой мелодичностью, «музыкальностью» интонационно-стихового строя. Постоянные повторы как бы передают волшебную магию звуков «сладкого голоса» Тамары:

Чернея на черной скале...

Была непонятная власть...

Уста прилипали к устам...

На тризну больших похорон...

-И было так нежно прощанье,

Так сладко тот голос звучал...

Последующая строка возникает из предыдущей, подхватывает ее. Противоречивость поэтики наблюдается буквально в каждой строфе. Строчки «Прекрасна как ангел небесный, Как демон коварна и зла» контрастируют с содержанием, что подчеркнуто антитезой, но одновременно музыкально соединены; вторая строка синтаксически параллельно путем повторенного сравнения связана с предыдущей. Единство противоречивых принципов, их неразъемность и непримиримость проникает в поэтическую ткань. Сюжетная, повествовательная основа и лирический поток находятся и явном противоречии. «Музыкальность», предстающая в параллелизмах, повторениях, нарочитой «сладкой» нвукописи, дисгармонирует с реальным чувством. Любовь таит смерть, а преступник взывает к любви. Все перевернулось, везде видна изнанка идеальных мечтаний, но мир полон этих противоречий, и его теперешнее состояние - глубокий внутренний разлад, пронизывающий его сверху донизу. Добро не существует вне зла, а зло принимает форму добра. И опять-таки как контраст к этому закону мирового бытия выступает лирическое переживание поэта.



 
© 2000- NIV