Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Назначение поэзии и судьба поэта в лирике М. Ю. Лермонтова

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.

Назначение поэзии и судьба поэта в лирике М. Ю. Лермонтова

Всероссийскую славу молодому Лермонтову принесло стихотворение «Смерть Поэта», написанное сразу после трагической гибели Пушкина и в сотнях списков распространившееся по России. Имя поэта стало знаменитым, а судьба его была предрешена. Это великое стихотворение стало не только плачем по погибшему гению, но и предчувствием собственной судьбы Лермонтова.

Погиб Поэт, невольник чести.

Пал, оклеветанный молвой,

С свинцом в груди и жаждой нести,

Поникнув гордой головой.

Не вынесла душа Поэта

Позора мелочных обид,

Восстал он против мнений света

Один, как прежде, и убит!

В сущности, в этих строках уже заложен ключ к пониманию внутреннего мира Лермонтова, его представлений не только о высоком предназначении художника, но и о жестоком неприятии света, о трагическом одиночестве поэта в мире. Также чувствует себя, так же ощущает пустоту света и лермонтовский лирический герой:Это противоречие между «избранничеством» поэта в «гоненьями» мира определит трагическую тональность в размышлениях Лермонтова о назначении поэзии. Поэт в его лирическом творчестве всегда одинок, как одинок и лирический герой Лермонтова, он ищет и не находит понимания среди людей:

Не встретит ответа

Средь шума людского

Из пламя и света

Рождённое слово

Лермонтов сравнивает поэта с кинжалом и вспоминает те далекие времена, когда страстное слово поэта отзывалось в сердцах слушателей, когда творчество его было служением, а не мукой одиночества:

Бывало, черный звук твоих могучих слов

Воспламенял бойца для битвы.

Он нужен был толпе, как чаша для пиров.

Как фимиам в часы молитвы,

Твой стих, как Божий дух, носился над толпой,

И отзвук мыслей благородных

Во дни торжеств и бед народных.

Лермонтов впервые в своем творчестве употребит образ «осмеянного пророка»:

Проснешься ль ты опять, осмеянный пророк,

Иль никогда на голос мщенья

Из золотых ножон не вырвешь свой клинок,

Покрытый ржавчиной презренья?

Если для Пушкина поэт - «сам свой высший суд», если глав ной становится заповедь: «дорогою свободной иди, куда влечет тебя свободный ум», - то для Лермонтова отсутствие от клика на поэтическое слово становится трагедией. Впрочем, порой он и сам, не желая угождать толпе, отказывается от великих замыслов, прячется в собственном внутреннем мире. Каков же выход? Ведь и среди бесчувственной толпы есть люди, ждущие истинного поэтического слова. Как быть поэту? Что избрать? Лермонтов подхватывает пушкинскую форму диалога в размышлениях о назначении искусства, но делает собеседником Писателя не книгопродавца или безликую толпу, как это было у Пушкина, а людей, прямо причастных к творчеству.

Журналиста, издающего литературные произведения, и Читателя, ждущего от литературы правдивого и талантливого слова. «Журналист, Читатель и Писатель» одно из самых сложных произведений Лермонтова. Поначалу кажется, что Писатель выступает от имени автора, соглашаясь или не соглашаясь со своими собеседниками. Но при внимательном чтении становится ясно, что упреки Читателя - это также мучительные раздумья самого Лермонтова. Образ автора как бы раздваивается между персонажами, осложняя художественный мир произведения. Читатель, по сути дела, бросает литераторам те же упреки, которые звучат в стихотворении Лермонтова «Поэт»:

Когда же на Руси бесплодной,

Мысль обретет язык простой

«с отвагою свободной поэт на будущность глядит, и мир мечтою благородной пред ним очищен и обмыт». Его воспоминания горестны, потому что ни благородство, ни совесть, ни приговор пороку и разврату, ни слова, которые нижутся, «как жемчуг» - ничто не находит отзвука у толпы:

К чему толпы неблагодарной

Чтоб бранью назвали коварной

«Поэт», в «Журналисте, Читателе и Писателе» возникает тема пророчества. «Пророческая речь», «осмеянный пророк» - эти настойчиво повторяющиеся об разы получат трагическое завершение в стихотворении «Про рок» которое станет итогом размышлений Лермонтова о судьбе настоящего поэта. Лермонтов сознательно избирает стиховую форму пушкинского «Пророка». Его стихотворение написано тем же размером и звучит как прямое продолжение стихотворения Пушкина. У Пушкина «Бога глас» взывает к пророку:

Восстань, пророк, и вождь, и внемли,

И, обходя моря и земли,

Вот главное предназначение пророка, вот его долг перед миром и перед собой. И неважно, как воспримут его слово те, к кому оно обращено. Лермонтов услышал этот призыв и последовал ему. И что же?

С тех пор как вечный судия

Мне дал всеведенье пророка,

Провозглашать я стал любви

И правды чистые ученья.

В меня все ближние мои

Бросали бешено каменья...

«шумном граде», то умудренные старцы показывают на него пальцами и внушают детям:

Смотрите: вот пример для вас.

Он горд был, не ужился с нами.

Гл хотел уверить нас,

Что Бог гласит его устами!

Смотрите ж, дети, на него,

Смотрите, как он наг и беден,

Как презирают все его!

Осмеянный, презираемый пророк, на которого показывают пальцами, как на городского сумасшедшего, - какой страшный образ! Если ассоциировать и пушкинского «Пророка» и лермонтовского с Библией, то становится совершенно очевидно, что для Пушкина главным было чистое пророческоё предназначение, сама идея пророка как носителя божественного Глагола, а для Лермонтова мучительным стало понимание трагической истины, что нет пророка в своем отечестве». Не отказываясь от своего божественного дара, Лермонтов принимает на себя тяжкий крест непонимания в презрения окружающих и, как его пророк, идет сквозь толпу, обращая к ней свою великую «пророческую речь»



 
© 2000- NIV