Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Маскарад в стихотворении «1-е января» («Как часто, пестрою толпою окружен»)

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.

«1-е января» («Как часто, пестрою толпою окружен»)

«1-е января» поэт погружен в стихию маскарада, в шум толпы. Он носит маску. Маскарад вошел в его мир и внешне подчинил себе («Когда касаются холодных рук моих...», «Наружно погружаясь в их блеск, и суету...»). Однако внутренний мир поэта сохраняет самоценность. Вся композиционная структура стихотворения отражает эту раздвоенность, заманивает одинокого поэта в клетку всеобщего маскарада. Конфликт между идеалом и действительностью в сознании поэта усугубляется невозможностью вырваться из маскарадной сферы. По контрасту с шумным, веселым, блестящим, суетным маскарадным миром идеал поэта внешне невыразителен и даже беден: запустение («Сад с разрушенной теплицей», «Зеленой сетью трав подернут спящий пруд»), покой, тишина - вот его признаки.

«старинной мечте» сосредоточены все главные мотивы лермонтовских идеальных представлений. Если толпа лишена своеобразия - бездуховна, пестра, неразличима ни в красках, ни в звуках, которые в ней притушены («При диком шепоте затверженных речей, Мелькают образы бездушные людей, Приличьем стянутые маски»), то «старинная мечта» наполняется конкретными и точными образами («зеленая сеть трав», «спящий пруд», темная аллея, «вечерний луг», «желтые листы», лазурный огонь глаз, розовая улыбка «молодого дня»).

идеал реальнее данных обстоятельств и пережить его как нечто. существующее сейчас, хотя дает почувствовать, что это лишь мечта одинокого, заблудившегося сознания, горестный обман, за разрушение которого он готов дерзко мстить «железным стихом».

«Старинная мечта» скована бездушным миром. «Всесильный господин» владеет своим «дивным царством» не наяву, а в мечте, постоянно разрушаемой «под бурей тягостных сомнений и страстей». Противоречие между толпой и поэтом переключается в план трагической коллизии внутри личного духовного мира. Но царство маскарада и «дивное царство» мечты в их конфликте не существуют как независимые и именно в этом взаимно противоречивом качестве образуют единство личного сознания. Эта противоречивость воплощена в итоговом и самом важном образе «свежего островка» «средь морей». Здесь в сжатой, лаконичной форме сравнения заключена вся трагическая коллизия стихотворения «1-е января». «Свежий островок» окружен изменчивой стихией морей, скован ею, но стихия не может уничтожить его, и он «безвредно цветет».

в идиллических картинах, окутаны контрастными, противоречивыми настроениями горечи и гнева. Сюжетно-композиционное строение стихотворения воспроизводит эту скованность мечты чуждой ей и враждебной стихией.

Уже в начальной строке подчеркнута исходная ситуация - «Как часто, пестрою толпою окружен...». В дальнейшем образ скованности и контрастный ему порыв к свободе пронизывают всю поэтику, прямо закрепляясь в центральном противоречивом образе моря, окружающем цветущий островок. Образ мятежной морской стихии непосредственно ассоциируется с жизненной бурей, которая постоянно грозит идеалам человека и мешает их свободному проявлению. Точно так же людская толпа грубо вмешивается во внутренний мир героя, превращая «старинную мечту» в «обман» и вызывая беспощадный гнев героя, мстящего толпе «железным стихом» за поругание мечты, за идеальные стремления.

«1-е января» со всем художественным откровением выражено проснувшееся гражданское сознание, заблудившееся в противоречиях бытия. Но желание вырваться из тисков противоречия, преодолеть разлад между собственными чувствами настолько велико, что лермонтовский герой бросает дерзкий вызов светской черни, вкладывая в свой стих энергию затаенного порыва. Вынужденность духовного рабства, маскарадный костюм бесчувствия, облекающий пламенную душу, жаждущую свободы и гражданской деятельности, подлинной любви, человеческого участия и братства, образуют новую антитезу, заставляющую доискиваться до истинных причин, порождающих жалкое и трусливое сознание, способное лишь на скепсис, на сомнение, но не вступающее в борьбу за свои идеалы.



 
© 2000- NIV