Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Как раскрываются особенности патриотизма Лермонтова в стихотворении «Родина» ?

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.
Текст призведения: Родина

Как раскрываются особенности патриотизма Лермонтова в стихотворении «Родина» ?

«Родине». И, конечно, такая любовь должна была казаться необычной, «странной» в те годы, когда был провозглашен казенный патриотизм с его требованием любить православие и самодержавие и когда большинство дворянства было далеко от народа. Комментируя первое четверостишие, нужно проявить такт и гибкость, так как излишне прямолинейное истолкование может привести к односторонним выводам. Известно, что слова:

Ни слава, купленная кровью,

«чистоты» от западной цивилизации; больше всего ратовали они за сохранение «веры пламенной» и смирения. Поэт-славянофил А. С. Хомяков писал в 1840 г. в стихотворении «Россия»:

Пусть далеко грозой кровавой

Всем этим прахом не гордись

Бесплоден всякий дух гордыни,

Неверно злато, сталь хрупка,

Но крепок ясный мир святыни,

«Родине» - нет и намека на прославление покорности и христианской веры. Народность он понимает совсем не по-славянофильски. Он тоже отрицает воинскую славу, которой Россия, по мнению официальных историографов, была обязана царям и генералам; отрицает «покой», достигнутый в результате победоносных кампаний; отрицает «темную старину» как положительный идеал для России. Но в то же время, отказавшись понимать воинскую славу и гордый покой казенно, а темную старину по-славянофильски, Лермонтов наполняет эти понятия своим особым смыслом.

При изучении биографии и творчества Лермонтова мы уже получили представление о цельности и искренности поэта. И если, комментируя «Родину», учитель будет утверждать, что Лермонтов отвергает воинскую славу России, то он даст ученикам повод заподозрить поэта в фальши: ведь, изучая «Бородино», все делали вывод, что поэт воспевает доблесть и отвагу русского войска. «Слава, купленная кровью» народа, усеявшего бородинское поле «горой кровавых тел», не могла не быть дорога поэту, и он воспевал ее, впервые в литературе утвердив мысль, что именно народ принес России славу и всемирное признание.

«Полный гордого доверия покой» был завоеван русским народом в смертельной схватке с Наполеоном, и Лермонтов гордится победой своей Родины, что можно увидеть и в поэме «Сашка», и в стихотворении «Два великана». «Темной старины заветные преданья» интересовали поэта, он сожалел, что у него была «мамушкой немка, а не русская», и потому он плохо знает народные сказки, предания. Первый биограф поэта П. Висковатов, тщательно изучавший и собиравший сведения о жизни Лермонтова, писал в своей работе, что поэт изучал русскую старину, народные песни, поверья, читал Киршу Данилова.

«Родине», ведь он всегда умел найти и слова, и интонацию, подчеркивающие и выявляющие его отношение к изображаемому. А здесь и выбор слов, и характер изобразительных средств, и интонация говорят скорее о любви Лермонтова, чем о безоговорочном отрицании: он усиливает слово «покой» выразительным эпитетом «полный гордого доверия», называет преданья «заветными», стих его звучит торжественно и мерно.

Но все, о чем он здесь пишет, было в прошлом, А мысли поэта заняты будущим России. И вот, когда он думает о будущем, его надежды и «отрадные мечтанья» связываются не с войнами и «гордым покоем» государства, а с народом. Поэт рисует дорогие сердцу каждого русского человека картины и говорит о безотчетной любви к родной природе и простой сельской жизни. Перед мысленным взором читателя возникает среднерусский пейзаж, с лесами, которые сменяются степями, с широкими речками, проселочными дорогами и грустными деревнями. Поэт запечатлевает не все, что попадается ему на глаза, а лишь то, что наиболее волнует; он делает не мимолетный набросок, фиксирующий какое-то мгновение в жизни природы, а рисует постепенно возникающие перед ним любимые картины. Отбор и особенно оценка их позволяют судить, что в природе вызывает «отрадные мечтанья» поэта, что заставляет его верить:. «Россия вся... в будущем».

«Родина» такова, что читатель вместе с автором идет от общих представлений к более частным. Последовательно сменяющиеся картины все время как бы приближаются к читателю, автор ведет его за собой через лес и степи, по проселочной дороге в деревню к простой избе и останавливается, чтобы полюбоваться на удалую русскую пляску «с топаньем и свистом» (подобная композиция нередко встречается у. Лермонтова, например, в переводе из Гете «Горные вершины»).

«степей холодное молчанье». Образ степи сразу вызывает представление о чем-то просторном, привольном. Именно так поется о ней в народных песнях: «Эх ты, степь широкая, степь раздольная». Такой рисует ее и народный поэт Кольцов: «Ты не пой, косарь, про широку степь». Величием и ширью привлекает она поэта. Не случайно заменяет он первоначальный вариант этой строчки - «ее полей холодное молчанье». Поле - меньше, ограниченнее, степь же бескрайна.

«лесов безбрежных колыханье». В русской народной поэзии он почти всегда могучий, богатырский. Как и степь, лес напоминает о необъятных просторах, богатстве родной земли. Показательно изменение первоначального варианта; «Ее лесов дремучих колыханье». Новый эпитет показывает, что Лермонтов стремился усилить представление о размахе, могуществе русской природы.

Третий образ - реки. Много их в России; о самых могучих из них - Волге и Доне - народом сложено немало песен. Сила их подчеркивается сравнением: «Разливы рек ее, подобные морям». Пейзаж проникнут восхищением красотой и просторами русской природы. Понятными делаются «отрадные мечтанья» поэта: здесь, среди этой шири, из гущи самого народа и смогут появиться богатыри, которые, подобно Еруслану Лазаревичу, «проснутся от тяжелого сна, встанут и пойдут». С мыслями Лермонтова в стихотворении «Родина» перекликаются Гоголь в поэме «Мертвые души» и Чехов в повести «Степь». Гоголь восклицает; «Что пророчит сей необъятный простор? Здесь ли, в тебе ли не ро-т диться беспредельной мысли, когда ты сама без конца? Здесь ли не быть богатырю, когда есть место, где развернуться и пройтись ему?»1. «Сказочные» мысли возникают и у Егорушки из чеховской «Степи»: «Кто по ней ездит? Кому нужен такой простор? Можно в самом деле подумать, что на Руси еще не перевелись громадные, широко шагающие люди, вроде Ильи Муромца и Соловья-Разбойника, и что еще не вымерли богатырские кони».



 
© 2000- NIV