Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Анализ текста повести «Максим Масимыч». Часть вторая

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.
Текст призведения: Герой нашего времени

«Максим Масимыч». Часть вторая

«Несколько повозок» - это и была та самая оказия, которой дожидались путешественники, чтобы отправиться в путь. Но Автор так заинтересован коляской и дерзким лакеем, не отвечающим на расспросы, что даже забывает обрадоваться приходу оказии. Максим Максимыч радуется: «Слава богу!» - и привычно ворчит, заметив коляску: «Верно какой-нибудь чиновник едет на следствие в Тифлис. Видно, не знает наших горок! Нет, шутишь, любезный: они не свой брат, растрясут хоть английскую!» Читатель уже почти догадался, чья это коляска, но Максим Максимыч еще ничего не подозревает. Видя любопытство Автора, он обращается к слуге с расспросами - тон у него заискивающий, неуверенный - жалко становится старика, и недоброе чувство возникает против слуги (а заодно и против его неведомого господина).

«- Послушай, братец, - спросил... штабс-капитан: - чья это чудесная коляска? а?.. Прекрасная коляска!..»

«не оборачиваясь, бормотал что-то про себя, развязывая чемодан». Даже доброго Максима Максимыча рассердило такое поведение: «он тронул неучтивца по плечу и сказал: «Я тебе говорю, любезный...»

Из неохотных и невежливых ответов слуги возникает, наконец, имя героя:

«- Чья коляска? моего господина.

- А кто твой господин?

- Печорин»

Читатель вместе с Максимом Максимычем вздрагивает от радости. Зная все, что связывает Печорина со штабс-капитаном, мы, как и он, не сомневаемся, что сейчас произойдет трогательная встреча друзей, сейчас появится Печорин и бросится на шею доброму старику - и мы, наконец, увидим человека, который успел занять наше воображение. . . Но, может быть, это не тот Печорин? Мысль эта возникает у читателя и у Максима Максимыча одновременно: «Что ты? что ты? Печорин?.. Ах, боже мой!., да не служил ли он на Кавказе?»

Слуга по-прежнему груб и отвечает неохотно, но это уже не имеет значения, сейчас Максим Максимыч увидит своего друга, это он, его зовут Григорий Александрович.

«были приятели», слуга говорит почти невежливо: «Позвольте, сударь; вы мне мешаете». Может быть, он знает, что барин не рассердится на него за такое обращение с приятелем?

Максиму Максимычу все это неважно, ему одно надо: увидеть Печорина. «Да где ж он сам остался?» - вот что интересует старика. «Слуга объявил, что Печорин остался ужинать и ночевать у полковника Н. . .»

гостинице и ужинать стряпней трех глупых пьяниц. Но, тем не менее, читателю обидно, что Печорин не поспешил в гостиницу.

«сейчас прибежит». Все дело теперь только в том, чтобы уговорить лакея сообщить Печорину, кто его ждет. Штабс-капитан почти униженно уговаривает слугу: «. . . ты, любезный, не пойдешь ли к нему за чем-нибудь? Коли пойдешь, так скажи, что здесь Максим Максимыч; так и скажи. уж он знает... Я тебе дам восьмигривенный на водку.»

Пойти к полковнику сам Максим Максимыч не может: он не в том чине, чтобы запросто являться в дом к высшим чинам. Место свое он знает. В пушкинском «Станционном смотрителе» есть такая сцена. Смотритель Самсон Вырин приезжает в Петербург и является к гусарскому офицеру Минскому, похитившему у него дочь. «Минский вышел сам к нему в халате, в красной скуфье.

- Что, брат, тебе надобно? - спросил он его.

Сердце старика закипело, слезы навернулись на глазах, и он дрожащим голосом произнес только:

- Ваше высокоблагородие!Сделайте такую божескую милость!»

«маленький человек» в русской литературе - совсем низко стоит на служебной лестнице: он «сущий мученик четырнадцатого класса, огражденный своим чином токмо от побоев, и то не всегда.» По сравнению с ним, штабс-капитан Максим Максимыч занимает приличное положение в обществе. Но - все условно: Максим Максимыч столько же ниже полковника, сколько станционный смотритель ниже гусарского офицера. Оскорбленный отец по законам света может и должен вызвать похитителя дочери на дуэль, отомстить, ответить на оскорбление оскорблением. Все это так - при одном условии - если он и оскорбивший его человек равны по своему положению в обществе. Если же нет - как бы ни закипело сердце отца, он может только произнести дрожащим голосом: «Сделайте такую божескую милость» - он может только молить...

«Княгиня Лиговская» герой - Григорий Александрович Печорин - пролетая по улице на своем гнедом рысаке, едва не задавил молодого чиновника Красинского и в тот же вечер, смеха ради, жестоко оскорбил этого чиновника в ресторане. Красинский говорит Печорину: «. . . вы едва меня сегодня не задавили и этим хвастаетесь, вам весело! - а по какому праву? потому что у вас есть рысак, белый султан? Золотые эполеты? Я беден! - да, я беден! хожу пешком, - конечно, после этого я не человек. ..»

Человек - и богатство, человек - и чин, человек - и положение в обществе. Конфликт человеческого и античеловеческого, введенный в русскую литературу Пушкиным, был углублен и расширен его последователями. Маленький чиновник Акакий Акакиевич Башмачкин в гоголевской «Шинели» даже помыслить не может о протесте - он терпит все издевательства своих товарищей по службе. «Только если уж слишком была невыносима шутка... он произносил: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» Мысль о протесте приходит к нему только в бреду, в беспамятстве перед смертью.

«Записках сумасшедшего» титулярный советник (это очень маленький чин) Поприщин, сходя с ума, размышляет: «Все, что есть лучшего на свете, все достается или камер-юнкерам, или генералам.. . Ведь через то, что камер-юнкер, не прибавится третий глаз на лбу. Ведь у него же нос не из золота сделан, а так же, как и у меня, как и у всякого; ведь он им нюхает, а не ест, чихает, а не кашляет. Я несколько раз уже хотел добраться, отчего происходят все эти разности. Отчего я титулярный советник и с какой стати я титулярный советник?..»

В том несправедливом мире, в котором живут и смотритель Вырин, и Акакий Акакиевич, и Поприщин, - и Максим Максимыч! - в этом мире только безумный может восстать против узаконенного порядка: любой полковник - более значительная личность, чем любой штабс-капитан, и любой камер-юнкер лучше любого титулярного советника. А в повести Гоголя «Нос» человек оказывается ничем по сравнению с собственным носом только потому, что человек имеет чин коллежского асессора, а нос - чин статского советника. И это возможно в мире, где человеческое побеждено античеловеческим.

и прочно усвоил устои мира, в котором он живет. Штабс-капитан знает свое место и не идет к полковнику Н. искать Печорина.

Да, он знает свое место по отношению к полковнику. Но когда к нему в крепость был прислан молодой прапорщик, Максим Максимыч вел себя не как штабс-капитан, а как ч е-л о в е к. Мы помним, как он встретил низшего по чину: «Очень рад, очень рад... пожалуйста, зовите меня просто Максим Максимыч и пожалуйста - к чему эта полная форма?»

«Максим Максимыч сел за воротами на скамейку... Через час инвалид принес кипящий самовар и чайник. - «Максим Максимыч, не хотите ли чаю?» - закричал я ему в окно.

».

В этом простом разговоре нет, на первый взгляд, ничего примечательного. Но читатель, представляющий себе душевное состояние Максима Максимыча, понимает, чего стоил ему целый час ожидания. Старик сдержан: он ничем прямо не выдает своего волненья, но оно сквозит в коротком отказе пить чай и в молчаливом ожидании за воротами...



 
© 2000- NIV