Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

О связях творчества Лермонтова с произведениями западноевропейских писателей

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.

очень многих русских поэтов как первой, так и второй половины XIX века переводы играют тоже значительную роль, причем у поэтов первых десятилетий века переводы чаще оказываются не выделенными в самостоятельные группы, идут вперемежку со стихами оригинальными и нередко даются без всяких указаний на источник. В этом отношении Лермонтов-переводчик вполне принадлежит своему времени. (Стихотворные переводы у него очень тесно связаны с собственным поэтическим творчеством, несмотря на это, все же приходится спросить - что же они представляют именно как переводы, то есть каково их соотношение с подлинниками?

и на балладах, которых сам еще не пишет. Перевод и переделки баллад Шиллера - это у Лермонтова первые стихи с сюжетом, созданные вне жанра поэмы.

служит тому примером. Только там, где немецкий текст представляет обыкновенные ямбы или хореи, Лермонтов сохраняет их без изменений (стихотворения «К Нине» и «Встреча»). В других же случаях одинаковая, казалось бы, задача решается разными способами. У Шиллера, например, два двустишия совершенно одинакового метрического типа: в обоих-так называемый элегический дистих, одна из стиховых форм, восходящих к античной поэзии. Одно из них («Дитя в люльке») Лермонтов передает аналогичной формой, правда, укорачивая второй стих на одну стопу и применяя чуть иную расстановку ударений, а в другом («К***») он совершенно изменяет форму, прибегая к четверостишию четырехстопного ямба с рифмами. Дольники в сцене из «Макбета» передаются, в согласии с господствующим стиховым обыкновением того времени, одним из общепринятых русских стихотворных размеров (в данном случае - сочетанием четырехстопного я трехстопного ямба), а в переводе «Перчатки» иная картина: весьма своеобразная в оригинале форма стиха, расшатанного и неровного, представляющего свободное чередование строк с разным числом слогов и разным расположением ударений, местами напоминающего рифмованный свободный стих, воспроизводится очень смелой для 1829 года и близкой к подлиннику ритмической формой, вовсе не встречающейся в высоких жанрах русской поэзии, даже слегка похожей на раешник. Жуковский, переведший ту же балладу двумя годами позднее (1831), избрал для ее передачи разностопный ямб с вольным чередованием рифм - как в басне. Лермонтов же берет в расчет степень метрического своеобразия подлинника (недаром «Перчатка» - одно из наиболее необычных по метру и ритму стихотворений Шиллера), а привычный для немецкой поэзии дольник (в «Трех ведьмах» - сцене из «Макбета») он передает средствами традиционного силлабо-тонического стиха.

Подход его к словесно-образной ткани переводимых стихотворений тоже представляет свои особенности в каждом отдельном случае. Так, - характер и степень отступлений от смыслового содержания подлинника часто оказываются различными, но эти отступления, в которых проявляется свобода трактовки оригинала, во всех случаях (за исключением одного - перевода двустишия «Дитя в люльке») выражены ярко и отражают особенность, свойственную и в дальнейшем Лермонтову-переводчику.

В двух, по-видимому, наиболее ранних (судя по месту в тетради), переводах из Шиллера эта особенность усугубляется еще и переводческой неопытностью поэта и его щедрой данью традициям «вольного» перевода. Так, переводя отрывок из шиллеровской переделки «Макбета» Шекспира (разговор ведьм - из четвертой сцены первого действия), Лермонтов опускает целый ряд конкретных деталей, фигурирующих в рассказе первой ведьмы о бедном рыбаке, которого она довела до преступлений и до самоубийства, дав ему овладеть кладом; поэт вводит в слова рыбака, упрекающего ведьму, черты сентенциозно-риторического стиля, допускает и просто неудачный оборот, вызывающий смысловую неясность («Я ж поклялась ему давно, Что все сердит меня одно» - в оригинале же речь идет о том, что ведьму сердило веселое пение рыбака, когда он еще был беден).

В результате всего этого Шекспир заслонен не только Шиллером - этим посредствующим звеном между ним и юным Лермонтовым, но и сентиментальной риторикой в духе ранних баллад Жуковского.



 
© 2000- NIV