Меню
  Список тем
  Поиск
Полезная информация
  Словари и энциклопедии
  Классическая литература
Заказ работы онлайн
  Заказать учебную работу без посредников на бирже Author24.ru
Заказ книг и дисков по обучению
  Учебная литература
  Компакт-диски
  Технические и естественные науки
  Общественные и гуманитарные науки
  Медицина
  Иностранные языки
  Искусство. Культура
  Религия. Оккультизм. Эзотерика
  Для дома
  Для детей
Реклама



Знакомства
Разное
  Отправить сообщение администрации сайта
Другие наши сайты

TrendStat

Rambler's Top100

   

Поэтическая мысль стихотворения «Дума»

Подкатегория: Лермонтов М.Ю.
Сайт по автору: Лермонтов М.Ю.
Текст призведения: Дума

Поэтическая мысль стихотворения «Дума»

и горькой иронии.

Основную эмоционально-смысловую нагрузку в первой части несут слова, освященные традицией элегического романтизма: «печально», «состарится», «томит», «вянем». Другой стилистический пласт - слова философского и отчасти общественно-политического содержания: «познанья», «сомненья», «бездействии», «добру», «злу», «борьбы», «властно», «рабы. Они придают элегическому зачину («Печально я гляжу на наше поколенье!») характер философского размышления. На этом фоне интонационно выразительно звучат слова ораторского стиля, резкие оценочные эпитеты-«постыдно», «позорно», «презренные». Они подготавливают высокую романтическую ноту, усиливающую эмоционально мысль поэта:

Висит между цветов, пришлец осиротелый,

И час их красоты - его паденья час!

достигается тонкой игрой «поэтизмов» и «прозаизмов» («мечты поэзии», «создания искусства», «восторгом сладостным»- «не шевелят»; «чувства» - «остаток»; «чаши наслажденья» - «касались»), которая поддержана употреблением контрастных слов («ненавидим» - «любим», «ни злобе» - «ни любви», «холод» - «огонь», «скучны» - «забавы», «забавы» - «разврат», «добросовестный» - «разврат», «спешим» «назад», «к гробу»-«насмешливо», «царствует», т. е. величаво-спокойно господствует,-«кипит»). Высокая романтическая нота первой части сменяется скорбным реквиемом. Ореол романтики («И час их красоты - его паденья час!») последовательно снят. Судьба поколения не содержит ни грана высокой романтики. Поколение способно лишь на сатанинскую насмешку над самим собой. Но и этого мало.

В последней части вновь появляются слова ораторского стиля в сочетании с лексикой, носящей философский оттенок («ни мысли плодовитой», «ни гением начатого труда», «судья», «гражданина», «потомок», «оскорбит», «презрительным»). Здесь уже совершенно нет былой элегичности. Вместо нее - бытовой, обыденный план («Насмешкой горькою обманутого сына Над промотавшимся отцом»). Чем дальше развенчивается поколение, тем прозаичнее стиль. Всякий ореол романтической идеализации исчезает, и вместо него естественно возникает сравнение с заурядной бытовой мелодрамой, и Лермонтовское сравнение обнажает правду о поколении, ум и чувства которого лишены большого общественного содержания. Но как раз в этом и заключена подлинная общественная трагедия поколения и моменты в характеристике поколения связаны с эмоциональным нарастанием, со все более крепнущими нотами осуждения, с чувствами горечи и насмешки, с иронией и даже сарказмом. Эмоциональное движение достигает апогея в заключительной строфе, там, где сорвана романтическая маска и где предстала голая и безыскусная правда. Бытовая окраска заключительных строк совпадает с наибольшей силой эмоционального осуждения. Заключительный аккорд лермонтовского реквиема выражает и степень моральной опустошенности поколения, и высоту лермонтовских общественных критериев, и глубину поэтического обобщения.

«Думе» различных стилистических пластов, смена интонаций заставляет говорить о жанровом своеобразии стихотворения. Перед нами предстала не традиционная элегия, для которой характерно единство стиля и интонации, не философская элегия, не гражданская ода, а лирический жанр, совмещающий признаки различных жанров романтической лирики и тем разрушающий незыблемую жанровую целостность. Содержание стихотворения не вмещается в границы определенного жанра. Гражданская тема в стихотворении становится глубоко личной, интимной темой, зависимой не от того или иного душевного состояния поэта, а вырастающей из его взгляда на мир. Это-то и придает стихотворению цельность и завершенность.

Сложность лермонтовской романтической позиции в «Думе» заключается в том, что поколение осуждается личностью, но эта личность не отделяет себя от поколения. Темой стихотворения становится не просто «я» и не просто «мы», а отношение «я» к «мы».

мира, - таковы контрастные чувства, переполняющие поэта. Согласно традиции высокого романтизма, как верно заметил Д. Максимов, поэт-романтик не подлежал критике.

«Думе» высокое - герой, «я» - включается в низменное «мы», «толпа» («Толпой угрюмою и скоро позабытой Над миром мы пройдем без шума и следа...»). Осуждение распространяется Лермонтовым и на себя. В «Думе» Лермонтов предстает одновременно и судьей, и подсудимым. При всем своем негодовании Лермонтов осознал себя сыном века, и потом пороки поколения суть его собственные пороки. В этом нет ничего обидного для поэта. Напротив, нужно удивляться гражданской и человеческой смелости Лермонтова, беспощадности к себе и исключительной трезвости. Еще А. В. Луначарский заметил, что в «Думе» Лермонтов «клянет» свое поколение (и себя в том числе) «в качестве жертв безвременья».



 
© 2000- NIV